Библиотека

Требуются отдыхающие стр. 116

Размер шрифта
-
+
Тема

Она и сама про собаку не раз задумывалась. Все Лютика своего вспоминала.

В гардеробе они благополучно разделись и уселись за столик у большого панорамного окна. Круглый ресторан всеми своими огромными окнами выходил на Финский залив. Залив был покрыт льдом, светило солнце, снег сверкал, вдалеке на льду сидели рыбаки.

Официанты буквально подпрыгивали вокруг Сергеева, чувствовалось, что его тут все знают.

– Это ресторан моих хороших знакомых, – пояснил Петр.

Они вкусно поели, особенно Люське понравился вишневый штрюдель, который подали на десерт. Ванька сидел довольный и гладил себя по животу.

– Объелся я, – сообщил он Люське и Сергееву.

– А пойдемте гулять, – предложил Сергеев. – Сейчас на солнышке очень тепло.

Они вышли из ресторана и пошли по пляжу вдоль залива.

– О! Я знаю, тут недалеко Альбатрос, – радостно сказал Иван. – Мы тут Новый год отмечали! А вы где были в Новый год?

– Я был в Бразилии! – Сергеев взял комок снега и начал лепить из него снежок.

– А! Так вы и есть тот самый вампир, который из дяди Андрея всю кровь выпил? Или вурдалак? Они чем отличаются? – при этих словах Ванька получил снежком в живот.

– Сейчас, мальчик, ты узнаешь! – страшным голосом сказал Сергеев и пошел на Ваньку, изображая зловещего мертвеца.

– Мамочка! Боюсь, боюсь! – взвизгнул Иван и спрятался за Люську. Оттуда в Сергеева полетели комья снега.

В результате этой баталии Люська была повалена в снег, за ней полетел Сергеев, следом грохнулся Ванька.

– С нами, вампирами и вурдалаками, шутки плохи! – заявил Сергеев, поднимая Люську и отряхивая ее. – Иван, а не хотите ли прокатиться на снегоходе? Вон в той сарайке работает прокат. Сбегайте, узнайте, что почем.

– О! На снегоходе хочу! – Ванька радостно помчался к ларьку.

– Люсь! А у вас в роду евреи или армяне были? – спросил Сергеев, когда Ванька отбежал на приличное расстояние.

– У меня в роду только евреи. А вот у Ваньки евреев всего осьмушка, зато армян аж целая половина.

– Так его отец армянин! Надо же! Я смотрю, лицо у ребенка совершенно армянское, а глаза голубые и волосы белые. Очень красивый парень будет. А почему его фамилия Закревский?

– А вы откуда знаете?

– Люся!

– Что, опять Каемкин?

– Не опять, а давно еще.

– Ну, тогда, ладно, так и быть расскажу. Мне двадцать семь лет было. Все подруги уже при детях. В наше время двадцать семь лет для деторождения считалось чуть ли не преклонным возрастом. Опять же был в моей бурной молодости инцидент с абортом. Первый муж мой ни за что детей не хотел. Мне говорили, что если срочно не рожу, то потом детей у меня не будет никогда. Я решила, что буду рожать, а там разберемся. Тут подруга моя развелась и начала с бывшим мужем ребенка делить. Чуть на части не порвали. Вот я и решила, что буду матерью-одиночкой, чтоб ни одна сволочь не посмела ни мне, ни ребенку моему руки выкручивать. Я ж тогда глупая была и думала, что все мужики сволочи.

– А Ванькин отец не сволочью оказался?

– Нет, что вы! Он хороший человек! Только не для меня. Я ведь его не любила совершенно. Понимаю, что по-свински с ним поступила. Он очень хотел Ваньку Самсоном назвать. Но что сделано, то сделано.

В

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.