Тревожная кнопка стр. 83
Выпили, понятное дело. Немного, бутылку сухого на троих. Тут наряд. Тоже молодые. Сержанты. Попросили пройти в машину. Не очень вежливо. А тут девчонки знакомые, не хотелось пасовать. Я и спросил сдуру — какие проблемы? Объяснили… Слово за слово, погон за погон… Очнулся на стройке без денег, часов и даже значков. Два ребра сломано, зуба нет и вот, — Коля убрал с виска волосы и показал небольшой шрам, — мать потом неделю выхаживала.
— Надо было в прокуратуру…
— Я тебя умоляю… Пригрозили — вообще прибьем. А я не могу так… Даже не за ребра обидно, а за державу. Ничего, решил — все равно достану. Немного оклемался и заявление в соседний райотдел. На работу. Взяли на пост, заочно на юридический поступил, через пару лет опером перевелся. Тогда можно было с незаконченным высшим… Ты ешь, мясо стынет.
— Спасибо… Я ем… И что дальше?
— Потом прикинул — не на дуэль же их вызывать? Пистолетную. И не морду же бить. Сразу турнут, а я уже втянулся. С земли в «убойный» перевели, там четыре года. Оттуда в ОСБ. Те костоломы уже до майоров дослужились. Тут я их и принял. Одного за взятки, двоих за крышевание. Меня они, конечно, не узнали. А на обыске у одного значки свои нашел… Это, Свет, я к вопросу о принципах. Говорят, у бабников их нет… Давай накатим еще по одной.
Он разлил остатки вина по бокалам, они чокнулись, выпили за принципы.
— А что тебя, милую, хрупкую, образованную девушку, заставило пойти в нашу грубую, несовершенную систему, где правят насилие, стяжательство и коррупция?
— Увы… Собственное безволие. Родители заставили поступить в педагогический. Но работа в школе — это совсем не мое. Устроилась в зареченскую инспекцию, где отпахала пять лет. Потом, благодаря знакомству с Моржовым, перевелась в Юрьевск, участковым инспектором. Чтобы получить служебную жилплощадь. Потому что в Зареченске никаких перспектив… Не замужем, детей нет…
Николай Васильевич не донес
до рта кусочек мяса:
— Свет, ты зачем мне легенду рассказываешь?
— Чтоб не расслабляться. Сейчас я живу чужой жизнью.
— Ну это, конечно, правильно, но… Хорошо… Откуда ты знаешь Моржова?
— Он приезжал в Зареченск, спасать племянника. Того поймали с травкой, материал передали в инспекцию. Я пошла навстречу, Моржов тоже.
— То есть коррупция нам не чужда?
— А куда без нее?
— И у тебя ничего не было с Моржовым? В личном плане.
— Ну, допустим, было.
— А можно поконкретней? Что, где, когда?
— Он пригласил меня в дорогой ресторан и угостил свежайшими устрицами и отличным «Шардоне». Купил великолепный букет и не жмотился из-за каждого рубля.
— Ну конечно! Он же генерал!
— Да. Хорошо быть генералом.
Они продолжили болтать подобную ничего не значащую чепуху. Потом перешли к серьезным вещам — последние инициативы партии власти в сфере ЖКХ, конфликт между двумя Кореями, положение дел на Ближнем Востоке. Поговорили о грибах, о разгуле коррупции, о последней версии айфона. В общем, о том, что волнует простой кухонный народ.
Светочка вдруг почувствовала, что ей сейчас очень комфортно. Коля не обижался на ее подколки, поддержал затеянную ею словесную игру. И еще ей хотелось, чтоб он не уезжал сегодня. Чтобы они бы сидели и продолжали болтать.
Последний испытывал примерно те же чувства. Если час