Тринадцатая гостья стр. 56
же была вырвана из моей прежней жизни с корнем, и теперь мой домик в маленькой болгарской деревушке был мне куда роднее московской квартиры. Но он был далеко, я же в очередной раз оказалась втянута в какую-то авантюру. Вернее, я сама позволила судьбе втянуть себя туда.
Голод дал все-таки о себе знать. Я набралась храбрости и, понимая, что с моим русским и отвратительным английским мои слова вряд ли кто-то разберет, все равно зашла в один из небольших ресторанчиков.
Оказалось, что почти все столики заняты. Я обратила внимание: посетители ресторана ужинали компаниями, редко кто сидел за крохотным столиком возле узких витражных окон в полном одиночестве.
Заняв место у окна, я приготовилась к тому, что ко мне подойдет официантка с блокнотом и мне придется объяснять ей на пальцах, что бы я хотела заказать. Быть может, поэтому я приняла решение заказать то, что было на тарелке у мужчины, сидевшего неподалеку от меня, тоже в одиночестве. Перед ним стояла прозрачная высокая кружка с пивом, а на тарелке имелись остатки рыжей капусты и белой колбасы. Казалось, он ест самую вкусную еду в мире — так густо и сытно пахло в ресторане, да и я была страшно голодна.
Но когда подошла официантка (в длинном зеленом фартуке, под которым были видны джинсы и тонкий светлый свитер), я не посмела смотреть на тарелку своего соседа. На столик положили меню, и я принялась его листать. Конечно, я ничего не поняла, да и снимков блюд в меню не наблюдалось, как это было в болгарских заведениях.
Официантка отошла, я повернулась в сторону моего соседа, ткнула пальцем сначала на его тарелку, потом в свое меню и пожала плечами. Я понимала, что веду себя излишне вольно и даже неприлично. Но мне не хотелось бы, чтобы вместо благоухающей тушеной капусты мне принесли копченого угря или блины.
— Я не понимаю, — сказала я и состроила страдальческую мину. — Так есть хочется!
— Вот. — Мужчина открыл меню на нужной странице и показал на блюда под номерами один и два. Длинные, ни на что не похожие названия. — Капуста с белой колбасой Sauerkraut и Weisswurst.
И тут до меня дошло, что некоторые слова он произносит по-русски, правда, с сильным акцентом.
— Вы что, знаете русский?!
— Немного, — ответил мой сосед, и мне удалось теперь разглядеть не только его тарелку, но и его самого. Лет тридцати, худощавый брюнет, в черной курточке, надетой на серый вязаный свитер, в джинсах. Лицо — бледное, вытянутое, спокойное. Длинные белые пальцы вертят салфетку. — Если хотите, пересаживайтесь за мой столик, и я подскажу вам, что лучше выбрать.
Жизнь улыбнулась мне, когда я, пересев за соседний столик, сразу же получила огромную порцию тушеной капусты с колбасой. Честно говоря, мне было все равно, что подумает обо мне этот немецкий господин в черной курточке, с интересом разглядывавший меня и улыбавшийся моему зверскому аппетиту.
Через полчаса мы уже весело болтали о том, о сем, пили пиво, грызли орешки. Мужчину звали Германом. Он жил поблизости от этого ресторана и отлично знал дом, где гостила Наташа.
— Это очень красивый большой дом. Принадлежал он прежде женщине по имени Клементина. И, что самое удивительное, эта женщина, когда была еще