Тринадцатая гостья стр. 83
прибежище.
Так приятно было его слушать. К тому же его обещания звучали куда убедительнее Сониных.
Глава 23
Мюнхен, октябрь 2008 г
Роза шла в полицейский участок. Не дойдя до него каких-то нескольких метров, она свернула на соседнюю улицу, вошла в кафе и позвонила Катлине.
— Мне надо с тобой посоветоваться. Это срочно! Записывай адрес.
То, что случилось с ней в это утро, заставило Розу по-новому взглянуть практически на все, что начало происходить в их доме после смерти фрау Клементины, ее любимой хозяйки.
Сначала — утренний визит Наташи, которая, как могла, объяснила ей: все, что устраивалось на чердаке — все эти кукольные спектакли на хрупких этажах макета, — дело рук безумной Сони. Наташа плакала, объясняя, что ей страшно оставаться в этом доме, где происходят такие странные вещи. Потом она попросила Розу, которая и без того была напугана этим внезапным визитом, чтобы она хотя бы на неделю покинула дом. Это опасно, твердила Наташа, это очень опасно, Соня — психически больная женщина, и это она отравила Розу, чтобы оправдать появление в макете куклы: все, что происходило потом в доме, было срежиссировано хозяйкой. Роза слушала русскую, молча соглашаясь с ней: получалось, что все ее худшие опасения подтвердились — Софи не в себе!
Потом русская спросила Розу: не знает ли она, где садовник? Роза определенно не знала. И тогда Наташа рассказала ей, что садовник по имени Уве замерз в морозильной камере и что затолкала его туда, пьяного, тоже наверняка Соня. Что она, Наташа, сама видела труп в морозилке, но потом он куда-то исчез. «И так же исчезнем мы — вы и я! Пока этого не произошло, надо срочно заявить в полицию!»
Наташа говорила очевидные вещи, причем такие, в которых так боялась признаться себе Роза.
— А где Эрвин? Ее муж, сын Клементины? — допытывалась русская. — Надо ему позвонить и сообщить, что с его женой беда. Что она невменяема!
И тут
Роза поняла, что последние слова Наташи она никак не может усвоить, понять. О каком Эрвине идет речь?! И о каком сыне Клементины, если у нее никогда не было своих детей? Разве что Иоахим — племянник.
— Говорю же, Эрвин — муж Сони и сын вашей бывшей хозяйки, покойной Клементины!
— Но племянника Клементины зовут Иоахим, — слабым голосом заметила Роза. — А не Эрвином. И Соня — жена Иоахима, а не какого-то там Эрвина. Это точно! Только он живет в Москве.
— А Эрвин? — настаивала Наташа. — Кто же он тогда такой?
— Понятия не имею! Нет никакого Эрвина, Соня — жена Иоахима!
— Вы давно знаете Соню?
— Нет, не так давно. Она появилась практически сразу же после смерти Клементины.
— И представилась женой Иоахима?
— Да…
— Скажите, что вам известно о завещании Клементины? Кому должен был достаться этот дом?
— Ее племяннику, Иоахиму!
— Вы видели документы Софи? — спросила Наташа. — Ее паспорт, например? Какая у нее фамилия?
— Паспорта не видела, но присутствовала при том, как она отправляла деньги по Western Union — должно быть, вам, Наташа, — и в банке, протянув свой паспорт, она уточнила фамилию. Она назвала вслух фамилию Иоахима! Кроме того, я видела ее в групповых снимках семейного альбома. Я даже могу принести вам его. И Соня там всегда рядом