Тринадцатая Мара стр. 54
хоть раз.
«Дальше», – слышалось в воздухе.
– Погуляли бы по городу, я сварила бы тебе лучший кофе в жизни. И, может быть, ты проводил бы меня до дома…
В моей голове все же промелькнул против воли этот образ – обнятой его руками меня. И его губы, нашедшие мои. Снова бы тлела моя макушка, мы бы не смогли остановиться, не во второй раз, … и было бы уже плевать на обстоятельства, на эту жизнь, остались бы только мы. Я, наконец придавленная весом его тела…
Наверное, все читалось по моему лицу, потому что Сидд обронил прохладно:
– Не продолжай.
– Ты спросил.
– Я тебя услышал.
«Не в этой жизни, Мариза», – я знала это ощущение отчужденности. Сполна испытала его за последние дни.
Да, конечно. Не в этой.
Просто хотелось перед расставанием обо всем сказать.
Я сказала; остыл горький кофе.
Пора было ехать дальше; на заправку потихоньку опускалась ночь. Вот она, конечная точка нашего с ним «приключения». Я хотела выбросить стаканчик, сообщить о том, что готова ехать, но опять запуталась в тяжелом, задумчивом взгляде мужчины напротив.
– С ней все будет в порядке, – Инквизитор кивнул на машину, имея в виду Кьяру.
– Да, – кивнула я рассеянно.
– Тогда почему ты не радуешься?
– Я радуюсь, – отозвалась я безлико. Радуюсь, как человек, ощущающий светлую печаль большого конца, знающий, что уже протрубили горны. – Нам пора ехать, Инквизитор.
И спасибо ему за то, что он несколько долгих секунд не позволял мне соскользнуть со своего взгляда. И вспомнилось ощущение, что кому-то бывает не все равно. Хоть иногда. Пусть даже это ничего уже не изменит.
Глава 15
Идра не пускала к Кьяре.
Это было объяснимо. Старая Веда восстанавливала одну из своих «поврежденных» внучек кропотливо и осторожно.
– Кто-то ударил ей заклятием в память. Если сейчас начнешь её о чем-то спрашивать, она попытается тебе помочь. Начнет вспоминать, а вспоминать ей пока нельзя, не всё залечилось…
Второй день подряд я приходила в Дом Мар лишь для того, чтобы справиться о здоровье подруги. Задать вопрос: «Все хорошо?» Получить ответ: «Она идет на поправку». Вот и всё. Ни войти в комнату, ни поздороваться, ни сказать «привет», ни обнять. Что ж, всему свое время.
К тому же, что бы ни вспомнила сейчас Кьяра, мне эта информация полезной не будет. Черные ведьмы прекрасно подменяют собственный образ в чужом восприятии, этому они учатся с пеленок. По той же причине не имело смысла добиваться деталей от Мэйсона.
По возвращении из Топи в моей голове воцарился вакуум. Непривычное состояние пустоты, мозг не желал включаться в какие-либо размышления. В кофейне я работала на автомате, и молчаливую меня постоянно пыталась накормить осмелевшая наконец Элина.
– Возьми еще круассан…
И это после того, как я уже съела два.
«Уже одни кости и джинсы», – помощница качала головой. Ей было тяжело в одиночку, и моему возвращению она искреннее радовалась. Радовалась и переживала из-за внешнего вида – я стала похожа на одежную вешалку.
А еще я почему-то все время ждала Сидда. Выискивала его глазами в каждом, кто входил в помещение, вычисляла среди фигур на улице, ждала, что он объявится. Почему? Зачем? Может, потому что главный враг еще не пойман, потому что я одна с этим не справлюсь? У меня ни идей, ни зацепок. Потому что в последнее время мы стали отличной командой? Я бы сварила ему самый лучший, чудесный кофе безо всяких шепотков и волшебной пены. Просто с нежностью.
Но он не шел.
Я могла бы сама… Я знала, где он живет, могла просто позвонить в ту квартиру, порог которой только недавно я бы ни за что не пожелала переступить еще раз. Времена меняются. Только что бы ему сказала? «Ты забыл вернуть мне силу»? Наш последующий диалог я могла предположить дословно: «Хорошо, я верну. Что это изменит? Твой враг – определившаяся Черная мара. Она сильнее тебя. К тому же, если ответить ударом на удар, не разрушишь ли ты еще пару зданий?»
Наверное, он был бы прав, выскажи такое вслух.