Тринадцатая Мара стр. 77
в разы. Хватит уже этого хождения по кругу…
«Символы, нужно читать символы».
Буквы, казалось, издевались надо мной, иногда они танцевали на странице, как только мой взгляд соскальзывал в сторону.
Я вдруг подумала о том, что, если сегодня «обнимашки» повторятся, я прикинусь, что расслабилась. Я заставлю себя, я смогу не противостоять. Пусть Сидд поверит, что достиг цели, пусть уже отступит с чувством выполненного долга.
Долгий вздох.
Я откусила от яблока, опять уткнулась в страницу и скользила по ней глазами так тщательно, будто должна была за четыре года выполнить пятилетний план.
А после задремала.
– Выходи, засоня… – Идра. Она, приоткрыв дверь, звала меня из залитого теплым светом коридора. – На эту неделю достаточно.
– На эту неделю? – хрипло переспросила я, пошевелившись. За окном стемнело; дождь, кажется, перестал.
– Да. Помногу сразу нельзя.
Вон оно как.
– Да и ждут тебя давно…
– Кто ждет?
Я отложила в сторону плед, аккуратно вернула книгу на столик.
– Сама не догадываешься?
Сколько времени? Давно уже вечер… Аркейн на крыльце? Злорадства за этой мыслью не последовало, но скрутилось внутри беспокойство.
– Давно ждет?
– Достаточно, для того чтобы проявить серьезность своих намерений, – отозвалась Веда старомодно.
Меня кольнула тоненькая иголочка стыда за то, что я, возможно, заставила Инквизитора долго ждать. Не специально, но все же. Невзирая на то, что женщина во мне обижалась и желала ему отомстить за «все хорошее», нутром я продолжала уважать того, кто сейчас стоял снаружи. Его время, его решения, его намерения стоять на своем. Аркейна сложно было не уважать, несмотря на пыльцу из смешанных чувств.
– Иду…
Проходя мимо высокого зеркала в витой раме, я расчесала пятерней волосы, потерла ладонями щеки. И успела заметить тревогу и насмешку в собственных глазах. Отражение будто вопрошало: «Сумеешь прикинуться расслабленной на целую минуту и не провалиться в чужую «заботу» по-настоящему? Сумеешь обыграть умелого противника на этот раз?»
Я не знала. Более того, я не была даже уверена, что хочу в этой игре выиграть.
Идра на меня, шагающую к лестнице, смотрела с материнским снисхождением, пониманием и едва заметной усмешкой.
* * *
СиддЕё настроение напоминало ему браваду ершистого воробья – решительного, всклокоченного, но встревоженного, потому что летать он после перелома крыла научился едва-едва.
Мариза вышла на крыльцо, сморщила аккуратный носик, остановилась перед Аркейном, как солдат и выдала в лицо:
– Давай закончим с этим поскорее.
Поежилась.
Как всегда волевая, но ранимая – Сидд не знал, как в ней уживается все сразу, но чувствовал её так же хорошо, как себя.
– Не здесь.
Он взглянул на мрачноватые стены дома, еще сырые от дождя; сверху повисло темное, мерцающее звездами небо. Дом Мар был оплетен таким количеством заклинаний, что, казалось, его абрис шевелится.
Она поняла, кивнула.
– Ладно, дойдем до ближайшего сквера.
И не взяла его за локоть, который Сидд галантно предложил, чтобы проводить даму в парк.
– Здесь?
– Здесь.
Сырая, усыпанная листьями аллея и ряд фонарей.
Его спутница опять подготовилась «терпеть», как будто отбывала гауптвахту. Напряглась, ожидая его касаний, – смешно и грустно.
Аркейн выдохнул и обнял Маризу, укрыл как щитом, сомкнул вокруг неё свои руки – под ними сразу скукожилось женское нутро. Наверное, сегодня он не столько пытался её отогреть, сколько нуждался в их контакте с Маризой сам, вдруг понял опять, насколько правильными становятся детали его мира, когда она рядом. Затихал в его вселенной хаос, терялся возраст, терялось прошлое, переставало иметь значение будущее – только стук её сердца: тук-тук… тук-тук… тук-тук…
Внутри Маризы – стена. Не просто бункер, но бомбоубежище. Ей лишь бы пережить этот момент, лишь бы выйти из него без потерь. Сидд желал совершенно другого: её отдачи – настоящей, как тогда, когда она лежала на нем в лесу, исцеляя на животе рану. Вот только к любви нельзя принудить, её можно лишь пробудить заново, если исчезнут обида и гнев.
Минута истекала. Он чувствовал, что проваливается, как на экзамене.
И чем