Тропа Кайманова стр. 101
вошел в канцелярию комендатуры, попросил дежурного срочно связать его с полковником Артамоновым.
Сразу же уловив суть происходящего на Даугане, полковник недобро сказал:
— Спасибо за поздравление с праздником, Яков Григорьевич.
— Я-то при чем?! — взорвался Кайманов.
— Ладно, знаю, что ни при чем. Вызови немедленно к телефону Ястребилова. Хоть и туго у нас с кадрами (из-за того и тянули), но, видно, с Ястребиловым придется расставаться...
Яков подождал, не скажет ли еще что начальник отряда, но Аким Спиридонович, сдерживая душивший его гнев, молчал и только, сердито отдуваясь, сопел в трубку.
Яков вышел из комендатуры, направился к восседавшему за судейским столом Ястребилову. Капитан по выражению лица Кайманова понял, что разговор будет не из приятных, но на людях решил, несмотря ни на что, разыграть эдакого радушного хозяина праздника.
— Ба!.. Яков Григорьевич! Какими судьбами?! — воскликнул он весело. — Где пропадал? За опоздание штрафную, штрафную!..
— Прошу прощения, товарищ капитан, — жестко ответил Яков, — вас вызывает к телефону полковник Артамонов.
— Успел доложить? — изменившись в лице, зло бросил Ястребилов. — Ну что ж, долг платежом красен, — добавил он и, не глядя на Якова, крупно зашагал к комендатуре.
Яков проводил его взглядом и кратчайшим путем направился к видневшемуся под сопкой домику, где раньше были медпункт и поселковый Совет, а сейчас строился филиал госпиталя.
Дверь домика была открыта. Яков вошел, окинул взглядом знакомые и в то же время почти неузнаваемые комнаты, настолько они казались маленькими, подошел к окну и посмотрел туда, откуда должна была прийти Светлана.
Но она появилась совсем с другой стороны: бежала напрямик через огороды.
Он едва успел повернуться к ней, как Светлана вбежала по ступенькам крыльца.
— Что?.. Что случилось?.. — запыхавшись, едва проговорила она.
— Ничего не случилось, — как мог спокойно ответил Яков.
— На тебе лица нет... Уезжаешь?.. В действующую?..
— Если б... — досадуя на себя, проговорил Яков. Он протянул руку, чтобы обнять ее.
— Яша, скажи правду. У тебя такие глаза, будто мы в последний раз видимся.
— Ну что ты придумала?
Якову не хотелось говорить о Ястребилове и своем докладе полковнику Артамонову.
— Нет, не придумала...
Светлана положила ему ладони на грудь, но тут же отстранилась. Жгучая обида захлестнула Якова.
— Яша... Ольга... — глянув в окно, сразу потускнев, сказала Светлана.
Яков оглянулся и увидел Ольгу, направляющуюся вместе с Гришаткой к своему дому. Она, конечно, видела, как бежала к поссовету Светлана.
В ту же минуту пронзительный звук трубы разорвал доносившийся сюда гомон
праздничной толпы.
— Тревога!.. — испуганно оглянувшись на занавешенные дешевыми ситцевыми шторами окна, сказала Светлана.
«Та-та-та-та-та... Та-та-та-та-та...» — речитативом выговаривала труба — новое изобретение капитана Ястребилова, его личный подарок комендатуре и резервной заставе.
Донесся звонкий цокот копыт, лай собак, снова пронзительный, торопливый звук трубы.
— А тревога-то из-за тебя, — прислушиваясь, с досадой и едва скрываемым злорадством сказал Яков. — Лебединая песня нашего Павлина...
Яков не договорил: на крыльце послышались шаги. В домик вошел Гришатка.
— Здравствуйте, тетя Света, — вежливо сказал он. — Папа, мама просила узнать, ты идешь домой?
Яков взял сына за руку, молча повернулся и, не