Тропа Кайманова стр. 18
создаем оперативные пограничные посты, планируем операции по вылавливанию в песках банд дезертиров и уголовников, всех тех, кто может быть использован против нас агентами фашистской разведки... Прошу начальников отрядов доложить о конкретных мерах, принятых в развитие указаний командования округа. Полковник Артамонов, Аким Спиридонович, вы первый... Кстати, что выясняется с этим загадочным убийством в непосредственной близости от Дауганского шоссе в ауле Карахар?
— Ведется расследование, товарищ генерал. От погранвойск этим занимается старший лейтенант Кайманов. Установлено, что убийце не удалось прорваться за кордон. Есть предположение, что он прячется в песках или ушел в какой-нибудь отдаленный поселок или аул. Кайманов считает, что к нам заброшен с очередной партией эвакуированных кто-то из крупных воротил, заправлявших здесь делами в недавнем прошлом. Религиозный фанатизм, с которым зверски уничтожена семья «неверного», — скорей всего, ширма. Вероятно, просто убрали свидетелей. Такая жестокость рассчитана на то, чтобы запугать оставшихся в ауле женщин и стариков. Мы проверяем родственные связи погибших, ведем расследование с помощью членов бригад содействия...
Генерал жестом остановил Артамонова.
— На Кубань немцы доставили белоказачьих генералов Краснова и Шкуро, — сказал он. — В надежде организовать вокруг них антисоветский «казачий круг». Можно с полной уверенностью сказать, что это им не удастся. Такие попытки забрасывать и к нам известных в прошлом калтаманов, главарей, скажем, басмаческого движения, крупных баев и даже беков — отнюдь не исключены... Лично проконтролируйте расследование этого случая в ауле Карахар. Почаще информируйте меня... Уверены ли вы, что убийца пришел из нашего тыла?
— Так считает старший лейтенант Кайманов, товарищ генерал. Дополнительная проверка этой версии ведется.
— Еще раз прошу ежедневно сообщать мне о ходе этого дела. А сейчас доложите ваши конкретные предложения, подготовленные к совещанию.
Полковник Артамонов откашлялся, поправил очки, разобрал блокнотные листочки с заметками к выступлению.
— Не буду останавливаться на современных условиях охраны участка границы вверенного мне отряда, — начал он. — Вам они известны. Погранзона идет в горной местности на всю глубину. Тыл — пески, безлюдная, безводная пустыня, в которой очень даже неплохо чувствуют себя все, кто не хочет с нами встречаться... Сложности с оперативной точки зрения: громадный наплыв эвакуированных, среди которых могут быть любые категории и друзей, и врагов. Борьба с дезертирством, борьба с агентурой противника, оставленной в прикордонье на сопредельной стороне матерыми заправилами германо-фашистской разведки. Терьяк ими используется преимущественно как крыша, хотя продолжают работать и «честные контрабандисты», которых интересует главным образом валюта. Но их тоже умело прибирают к рукам замаскированные под различными личинами сотрудники абвера. И последнее, что также необходимо учитывать в оперативной работе. К нам в скором времени прибудет специальное подразделение, в помощь которому будет сформирован трудбатальон из местных жителей. Этому формированию будет поручено строительство новой шоссейной дороги... Большое скопление народа на небольшом участке в погранзоне создаст благоприятные условия для деятельности вражеских агентов и их приспешников — политически неблагонадежных элементов, уголовников, торговцев наркотиками.
В этих условиях особенно важно поддерживать самую тесную связь с партийными и советскими органами в аулах и поселках.
Перехожу к задачам собственно пограничным. Поскольку Дауганской комендатуре выпала особая честь охранять Дауганское шоссе, персональную ответственность за этот участок несет комендант Даугана капитан Ястребилов. Его заместитель старший лейтенант Кайманов уже