Тропа Кайманова стр. 188
схватить какие-то ниточки пока не оправдывались. Он больше не стал расспрашивать «маленького армянина».
...Остались позади дауганские вилюшки, серпантином расписавшие склон горы, колонна грузовиков подъехала к Дауганской комендатуре.
Капитан Павловский выскочил на обочину.
Яков и Амангельды тоже вышли из машин, помахали в знак благодарности Павловскому.
Тот проводил их взглядом, снова сел в кабину.
Кайманов тотчас вернулся к машине Астояна, забрался на свое место, бросил с безразличным видом:
— Совсем забыл, ведь и мне в Ашхабад надо.
Астоян удивленно посмотрел на него, но промолчал.
Сетрак, видимо, знал: лишних вопросов не задают. Значит, старшего лейтенанта что-то заботило в этой колонне. Когда они проехали километра два, Кайманов сказал:
— Вот что, Сетрак. Ты парень догадливый, лишнего болтать не будешь. Приедем в Ашхабад на разгрузочную площадку, поставь свою машину так, чтобы я мог выйти незаметно для водителя головной машины.
Он хотел было пояснить: «для командира автороты», — но воздержался. Сетрак сразу же сообразил, в чем дело.
— Да они оба одной веревочкой связаны. Мы же знаем, — выпалил он неожиданно.
— Выводы, парень, делать погоди, за руку не поймал. Такие дела проверять надо, — заметил Кайманов, немало удивленный догадливостью Астояна.
— Конечно, пока за руку не поймал, доказать нельзя, — согласился Астоян. — А только, если хотите, поймать тоже можно.
— На то есть таможенный досмотр в присутствии наряда на КПП, — сухо сказал Яков. — Имей в виду, за ложные показания попадают под суд.
— Да хоть под суд! — взорвался вдруг Астоян. — Разве ж у нас командир? Он же, этот капитан Павловский, нас за людей не считает!..
— Давай-ка мы прекратим с тобой эту дискуссию, — остановил его Яков, мысленно соглашаясь с Астояном. Он просто не имел права продолжать разговор в таком тоне с подчиненным Павловского, хотя знал, что Сетрак прав.
На разгрузочной площадке железнодорожной станции оказалось столько машин, что не только
человека, слона можно было упрятать в этой сутолоке.
Пожелав Астояну доброго пути, Кайманов напомнил:
— Не забудь, Сетрак, о чем я тебя просил: постарайся узнать не только имена калтаманов, но и где они могут быть. Сам не спрашивай, только слушай, с прицелом...
Кайманов вышел из машины, постарался запомнить лицо водителя, ехавшего за Астояном. Смотрел тот куда-то в сторону, не интересуясь старшим лейтенантом.
Подождав, пока подойдет Амангельды, Яков через стекло одной из прибывших раньше машин стал наблюдать за Павловским.
Тот, как и предполагал Кайманов, и не подумал сажать своего водителя на гауптвахту. Они даже как будто препирались некоторое время, обвиняя в чем-то друг друга. Павловский оглянулся, и Яков отступил так, чтобы и через стекло его нельзя было заметить. Предосторожность была излишняя: солнце светило от Павловского и, отражаясь от стекол машины, било ему зайчиками в глаза.
Павловский и его водитель Ступак подошли к киоску, выпили по кружке пива.
— Ты посмотри на них, — возмутился Амангельды. — Павловский и не думает своего шофера наказывать! Для них нет ни КПП, ни Дзюбы, ни советских законов! Павловскому все наши старания — все равно что песня, спетая камню!
— Ничего, дорогой Амангельды, — голосом, не обещавшим тихих радостей, ответил Яков. — Он у меня еще