Тропа Кайманова стр. 200
делила тяготы пограничной жизни, где и по сей день осталось столько друзей».
Но как ни убеждал себя Яков, что Светлана поехала на Дауган потому, что получила стройматериалы для госпиталя, его больно задевало, что ехала она из Ашхабада с ненавистным Ястребиловым.
Машина остановилась перед шлагбаумом комендатуры. У шлагбаума топтался с винтовкой на ремне сержант Изосимов, один из самых исполнительных и надежных «стариков». Яков обратил внимание, что взгляд у Изосимова какой-то и хитроватый, и одновременно смущенный, как будто Изосимов в чем-то сделал нарушение или погрешил против совести. При виде старшего лейтенанта Кайманова он заметно приободрился, лихо отрапортовал, что за время его пребывания на посту никаких происшествий не произошло.
— Что это пост от ворот к шлагбауму выдвинули? — здороваясь с ним, спросил Яков.
— Так у ворот тоже стоят. По причине тоя. Приказано туркмен с подарками пропускать, а больше — никого, особенно разных военных начальников.
— Это что ж, выходит, и меня не пропустишь? — спросил Яков.
— Так вы ж свой, — несколько растерянно ответил Изосимов.
— Кто приказал не пускать на праздник военных начальников?
— Лично товарищ капитан Ястребилов. Так и сказал: «Пройдут туркмены с подарками, больше ни одного человека, особенно военных, не пускать».
Яков молчал, от стыда не зная, что сказать. Изосимов решил, что недостаточно понятно объяснил.
— Той у нас сегодня по случаю Седьмого ноября, — пояснил он. — Товарищ капитан всех председателей соседних колхозов пригласил... Тут они и с ишаками, и с верблюдами шли, подарки везли — обычай у них такой... Ну а чтобы про то поменьше народу знало, других он больше не приглашал...
Яков чувствовал, что лицо у него горит.
— Хороши дела!.. — с тихой яростью пробормотал он. Уж ему-то не надо было объяснять, какой обычай у туркмен и курдов... Ястребилов в своем репертуаре!.. Один его зам уехал в Ашхабад разрабатывать планы поимки ишана, другой — на оперативный погранпост, а сам на свободе развернулся во всей красе. Если называть вещи своими именами, этот той не что иное, как вымогательство! Пригласить председателя колхоза, туркмена, на праздник — значит заведомо знать, что придет с богатыми подарками. А где их в военное время брать, эти подарки, когда все идет на фронт?..
— Целыми караванами шли, — продолжал распространяться Изосимов. — И с кишмишем, и с урюком, и с пшеничной мукой! Архаров настреляли, мяса привезли! Там такой пир! Все, кто от наряда свободен, гуляют...
— А инструктаж был в связи с усиленной в праздник охраной? — спросил Яков.
— А как же, — подтвердил Изосимов. — Товарищ капитан вызвал с КПП товарища лейтенанта Дзюбу и приказал повысить бдительность... Тут Остапчук на подсменку ко мне приходил, — вернулся Изосимов к главной, с его точки зрения, теме, — говорит, туркмены целые фанерные двери ковром накрыли, на ковер — дастархан постелили, на дастархан — гору лепешек, поверх чурека редька красная, виноград... А вслед один за другим пять верблюдов, а на верблюдах мука, мясо — целые туши архаров!.. Ловкач у нас капитан!..
— Ладно, Изосимов, — остановил его восторги Яков. — Спасибо, что толково рассказал...
— Может, что не так? Я же не