Тропой мужества стр. 139
Невозможной.
Невыносимой.
И вдруг все стало как прежде. Боль ушла мгновенно, лишь осталась выступившая испарина. Максим вытер лицо лукавом. Потер глаза и мелко моргая осмотрелся. В каземате кроме тел погибших никого не было. Санитар с ним не пошел, вернулся в центральный.
- Чт-т-то это было? - тихо заикаясь спросил лейтенант.
'Это - прививка от слабости, - сказал гость. - Я показал тебе смерть. И как я ощущаю её каждый раз'. 'Но зачем?' 'Чтоб твои бойцы видели не тряпку, а командира, сделанного из стали! - ответил Маргелов. - Негоже им видеть твои слезы сейчас'. 'В твоём будущем все такие жестокие и циничные?' 'Считай как хочешь. Но это и твоё будущее. Мы все делаем своё будущее. Здесь и сейчас'. 'Ну да, а немцы мне мешать не будут?' 'Вот и сделай, чтобы они не смогли помешать. НИКОМУ!'. 'Да, ты прав, извини... просто я никогда так близко смерти не видел'.
Куралов прикрыл умершему глаза и поднялся. С трудом. Постоял, собираясь с мыслями.Потер лицо, оправился и вышел.
Личный состав капонира старался в сторону каземата, где находились тела погибших не смотреть. Но когда лейтенант появился в коридоре красноармейцы на мгновение замерли, и поняли. Первым пилотку снял Горохов...
- Перекусить не мешало бы, а, товарищ лейтенант? - обратился один из бойцов.
- Перед боем-то кишку набивать? - спросил Горохов.
- А сытым и погибать веселее! - ответили ему.
Сержант посмотрел на лейтенанта.
- Пусть, - отмахнулся Максим, и направился в закуток.
Сам он ел давно, но сейчас после пережитого вряд ли кусок в горло полезет. Личный состав рассаживался вдоль стен. Красноармейцы растрясли свои ранцы и вещмешки. Кто хлеб достал, у кого сухари имелись, единицы вскрыли консервы. Пока затишье, можно и поесть.
- Это чего у тебя на ложке выцарапано? - послышалось лейтенанту
-
Звание, фамилия, имя, отчество, - был ответ, - год рождения ишшо...
- А зачем?
- Потеряется, кто найдет, мож возвратят. Да и вообще...
'А ведь боец прав в своём 'вообще'! - подумал Максим, точнее его гость. - Ложка ложкой, а медальоны у всех ли имеются?'. 'Ну, имеются, а что?'. 'А то! В случае гибели, личность погибшего установить легче. Чтобы не было неизвестного сол... бойца. Подписанные ложки, кружки, котелки, неиспорченные влажностью документы, любые, различные справки, партийный и комсомольский билеты, даже квитанции. Все это поможет потом в установлении личности погибшего'.
'Но медальоны же есть! - подумал Максим. - Причем хорошие. Их сменили совсем недавно. Сначала у нас были уставные жестяные коробочки. Небольшие, размером со спичечный коробок, однако он оказался не герметичен, и бланк, на котором вписывались данные бойца, и сама коробка, при попадании воды быстро приходили в негодность. В начале сорок первого нам выдали другие футляры для медальонов в виде пластмассового восьмигранного цилиндрического пенала, внутрь которого вкладывался бумажный бланк. Причем бланк должен быть в двух экземплярах'. 'Медальоны медальонами. Только не всегда их заполняли'. 'Как это? - удивился Куралов'. 'Так это! - ответил Маргелов. - Обычное суеверие - заполнить смертный медальон, многие считали плохой приметой'.
'Та-а-ак!' 'Стой! -