Библиотека

Трудно быть чёртом стр. 56

Размер шрифта
-
+
Тема

делу, предъявляем обвинение. А задерживаем – когда просто надо выяснить некоторые странные обстоятельства. Когда ни обвинения нет, ни дела… пока, во всяком случае. Но теперь к делу. Вчера у журналиста Ястребова было интереснейшее приключение… Три трупа, сгоревший дом… это, конечно, очень неприятно, но если бы всё как обычно было, если бы там, примеру, использовалось огнестрельное оружие, если бы сигнализация была перекушена кусачками – все этим занимались бы бравые орлы из уголовного розыска. Но когда перестаёт работать вся следящая аппаратура… дом господина Мушкина был, само собой, под наблюдением. В том числе и аппаратура с автономным питанием… Такими вещами занимается уже наша служба. Вот вам и акварель, Игорь Михайлович. Очень интересный вы человек… и возможности у вас интересные…

– Фантастикой увлекаетесь? – заметил Игорь. – Это неплохо. Развивает воображение, что, наверное, полезно человеку вашей профессии. Что же по сути… ну что мне сказать кроме того, что уже сказано? Я Игорь Михайлович Ястребов, журналист. Очень везучий журналист.

Генерал посмотрел на него с каким-то странным чувством. Тут, как показалось Игорю, были смешаны и интерес, и сочувствие, и надежда.

– Да вот не слишком везучий, – возразил он. – Игорь Михайлович Ястребов, – генеральскую интонацию так и подмывало изобразить курсивом, – погиб в автокатастрофе пять лет назад. Семнадцатое июля, сто восемьдесят первый километр Минского шоссе. В его машину, «жигули-шестёрку», влетел грузовик. Водитель грузовика погиб мгновенно, безжизненное тело Игоря Ястребова доставили в местную больницу. И заметьте, не в реанимацию, а сразу в морг – нечего там уже было реанимировать…

– Было дело, – согласился Игорь. – Только ошиблись тогда врачи «Скорой». В морге я сильно удивил санитаров, когда начал подавать признаки жизни. Говорят, один санитар подавился бутербродом и его пришлось откачивать. Впрочем, и меня тоже. Буквально с того света вернули, и два месяца я там лежал, потом уж дома долечивался…

– Есть вещи, в которых невозможно ошибиться, Игорь… позвольте уж называть вас этим именем. Я сам беседовал с теми врачами. Уж поверьте, это настоящие профессионалы и память у них цепкая. Тем более, не каждый раз покойники в морге начинают насвистывать песенки Окуджавы.

– Что же мне, группу «Ленинград» надо было насвистывать? – возмутился Игорь.

– И ещё одна маленькая деталь, – вздохнув, генерал вытащил из пухлой папки два черно-белых снимка.

– Вот отпечатки пальцев подлинного Игоря Ястребова, – торжествующе возгласил он. – А вот – ваши. Они различаются. О чём есть акт экспертизы.

Игорь долго – несколько бесконечных секунд – молчал. Да, это они молодцы… Они да, а мы – нет.

– Знаете, на чём прокололись? – мягко произнёс генерал. – Игорь Михайлович Ястребов был весьма законопослушным гражданином. Он не имел судимостей, не состоял под следствием… в общем, из самых общих соображений ваше руководство понимало, что нигде пальчики Ястребова не светятся. Но тут вышла ошибочка. Случился в его жизни один мелкий эпизод. Когда Игорьку исполнилось пятнадцать, они с друзьями сидели во дворе, пили пиво и пели песни. Какая-то бдительная бабулька вызвала милицию, пацанов забрали в отделение. А там дежурный тогда сидел, с некоторым сдвигом по фазе. Вроде нашего Переверзенцева, только настоящий. Ну и он начал втирать ребятам, что они преступники, что они кого-то ограбили и зарезали. Снял со всех отпечатки пальцев. Потом подскочили родители, у одного мальчика папа

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.