Библиотека

Ты и я стр. 38

Размер шрифта
-
+
Тема

за этой дверью есть мир, который ждет меня. Я смогу разговаривать с другими так, словно я один из них. И могу решать, что делать, и действовать. Могу уехать. Могу отправиться в колледж. Могу поменять мебель в своей комнате.

В подвале было темно. Я слышал ровное дыхание сестры, лежавшей на диване.

Она выпила пять бутылок пива и выкурила пачку «Муратти».

Я не мог уснуть. Мне хотелось говорить еще. Я вспомнил, как обокрал Мартышку, как смотрел на одноклассников, уезжавших в горы, думал об ужине с пивом, о том, как мы с сестрой разговаривали по-взрослому и танцевали под звуки «Зеленых гор».

— Оливия! — тихо позвал я.

Она ответила не сразу:

— Что?

— Спишь?

— Нет.

— Что будешь делать, когда выйдем отсюда?

— Не знаю. Уеду, наверное.

— Куда?

— У меня есть парень, можно сказать, жених, он живет на Бали.

— Бали? В Индонезии?

— Да. Преподает йогу и делает массаж в одном городке на берегу моря, там растет много пальм и водится уйма цветных рыб. Хочу понять, можем ли мы быть вместе. Хочу попробовать по-настоящему стать его женщиной. Если он захочет…

— Его женщиной… — прошептал я в подушку.

Повезло же ему. Он мог сказать: Оливия — моя женщина. Мне тоже хотелось бы поехать на Бали. Полететь туда на самолете вместе с Оливией. И смеяться, стоя в очереди на регистрацию, без всякой нужды говорить что-либо друг другу. Мы с ней летим к цветным рыбам. И Оливия скажет своему парню: «Это Лоренцо, мой брат».

— Как зовут твоего жениха? — с трудом проговорил я.

— Роман.

— Он славный?

— Уверена, тебе понравился бы.

Это замечательно, раз Оливия, зная меня, понимает, что мне понравится ее жених…

— Послушай, должен признаться… Я сказал родителям, что поехал кататься на лыжах в Кортину, потому что совершил одну глупость. Я услышал в школе, что мои одноклассники собираются отправиться туда на «лыжную неделю». Они не звали меня, а мне и не хотелось вовсе ехать с ними. Но, вернувшись домой, я сказал маме, что меня тоже пригласили. Она поверила и так обрадовалась, что даже заплакала. У меня не хватило духу сказать ей правду, и поэтому я спрятался здесь. Знаешь что? С того дня я все пытался понять, почему я солгал ей.

— И понял?

— Да. Потому что хотел поехать туда. Потому что хотел кататься вместе с ними, ведь я хорошо хожу на лыжах. Потому что хотел показать им тайные лыжни. И потому, что у меня нет друзей… А мне хотелось быть с ними.

Я услышал, что она поднимается.

— Подвинься.

Я потеснился, она легла рядом со мной

и крепко обняла меня. Я ощутил ее костлявое колено. Положил руку ей на бок и мог пересчитать ребра, потом погладил ее по спине. Пальцы ощутили острые позвонки.

— Оливия, пообещай мне одну вещь.

— Что?

— Что никогда больше не будешь принимать наркотики. Никогда.

— Богом клянусь. Никогда больше. Никогда больше не вляпаюсь в это дерьмо, — шепнула она мне на ухо. — А ты, дурашка, обещаешь, что мы еще увидимся?

— Обещаю.

Когда я проснулся, моя сестра уже ушла.

Она оставила мне записку.

1

Вечером восемнадцатого февраля двухтысячного года я рано лег спать и сразу уснул, однако ночью проснулся и больше уже не сомкнул глаз.

В

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.