Убийца стр. 155
от него, как от барана молока.
Пара перекошенных на разные бока старух пробубнели, что отведут коней в стойло. Судя по длинным носам и картавости, хозяин притащил их с собой из Портейна.
- Валяйте, - я бросил им мелкую монету и спрыгнул на землю. Поскольку Шу продолжал всех игнорировать, руку принцессе пришлось подавать мне. Запомните…
- Я стану держать я зык за зубами, - выпалила девица и улыбнулась. – Кажется, начинаю привыкать ко всему этому безобразию.
Хм, с одной стороны – хорошо, а с другой – смысл-то в чём? Для неё всё это безобразие закончится со дня на день.
Внутри домика оказалось сумрачно и пахло сушёными грибами. На стенах висели головы медведей и волков. Над столиком, где клевал длинным носом сам владелец, раскинула шикарные рога башка рыжего оленя. Вообще-то этих зверюг позволяли бить лишь королевским егерям и если браконьера ловили, то ему грозило «бревно». Но смельчаки всё равно не переводились.
- O belle fille, - сказал хозяин, стоило нам приблизиться к столику. После чего последовала попытка изобразить поклон, - tressympa. Que veux-tu, чего изволите?
- Комнату, - сказал я и катнул по столику золотой. Хозяин с любопытством проследил, как монета катится к краю и падает вниз. Звона не было. – На пару дней. С питанием.
- Bien, - согласился длинноносый и протянув руку, уронил на стол небольшой золотистый ключик с длинной бородкой. – Второй этаж, дверь с медведем. Ужин подадут вечером, постучат три раза и назовутся Орли. Satisfaite?
- Да, вполне, - согласился я и взял ключ. Тут же большая ладонь с длинными пальцами легла поверх моей. Такое ощущение, будто жаба коснулась. – Какого чёрта?
- Calme-toi, - хозяин кивнул мои спутникам. – Вы можете подниматься, а у нас произойдёт небольшая conversation.
Угрозы я не ощущал, хоть и знал. Что в соседней комнате сидят три головореза. Все – до зубов вооружённые. Дерьмовую Верзу уже пытались грабить. Кажется, грабителей утопили в выгребной яме за домом.
Поэтому я протянул ключ Сигону, а сам присел на край стола.
- Идите, - сказал я графу и принцессе. – Сейчас, узнаю, что надо этому жабоеду и догоню.
- Жабоед! – хозяин тихо рассмеялся, едва не клюнув носом стол. – Никогда не любил froggiwe. Отвратительные твари! Но – смешно. Ты вообще смешной trou du cul и послание тебе оставляли очень смешные люди. Когда их встретишь, обязательно передай: если эти connard ещё раз вздумают так со мной говорить, то я их всех утоплю в выгребной яме.
- Хорошо, - сказал я, ощущая, как голова начинает идти кругом. Какое, нахрен, послание? Кто его передал? Откуда они знали, где я остановлюсь? – Давай записку.
Хозяин улыбался и молча смотрел на меня. Чертыхнувшись, я достал серебряную монету и крутнул её по гладкому дереву. Монета, подобно своей золотой товарке, исчезла за краем стола. Улыбка на физиономии хозяина стала ещё шире, и он протянул мне кусок коричневой бумаги, сложенный несколько раз.
- Сколько она у тебя? – я торопливо разворачивал послание. Знал я эту бумагу из высушенных прессованных водорослей. Срок использования этой дряни – сутки, после чего бумага разваливалась на отдельные волокна прочитать