Убийство в доме викария стр. 87
я... – Голос у него прервался от волнения. – Я... Я ради нее готов на все.
– Очень немногие из нас могут сделать хоть что-то для другого человека. Как бы мы ни старались, это не в наших силах.
– Лучше бы мне умереть, – сказал Деннис.
Бедный малый! Эта полудетская любовь всегда протекает как острое заболевание. Я не позволил себе сказать ни одной банальной и поучительной фразы, которые так и просятся на язык, – это только разобидело бы его вконец. Я просто пожелал ему спокойной ночи, и мы разошлись.
Наутро у меня была с восьми часов служба, а вернувшись, я увидел Гризельду за столом, накрытым для завтрака, в руках она держала письмо. Письмо было от Анны Протеро.
«Дорогая Гризельда, если вы с викарием сможете зайти сегодня к ленчу, я буду очень признательна. Произошло нечто чрезвычайно странное, и я хотела бы посоветоваться с мистером Клементом.Пожалуйста, не упоминайте об этом, когда будете у нас, – я никому ничего не сказала.С любовью, искренне ваша,Анна Протеро».– Непременно надо пойти, – сказала Гризельда.
Я согласился.
– Интересно, что там произошло?
Мне тоже было интересно.
– Знаешь, – сказал я Гризельде, – у меня такое чувство, что это дело затянется надолго.
– Ты хочешь сказать – пока не арестуют настоящего убийцу?
– Нет, – ответил я. – Я имел в виду другое. Видишь ли, в этом деле столько разветвлений, столько подводных течений, о которых мы и не догадываемся. Нужно выяснить множество загадочных обстоятельств, прежде чем мы доберемся до сути дела.
– Понимаю, ты говоришь о тех обстоятельствах, которые сами по себе ничего не значат, но мешают и путаются под ногами?
– Пожалуй, ты довольно точно истолковала мои слова.
– А по-моему, мы устраиваем много шуму из ничего, – сказал Деннис, намазывая хлеб повидлом. – Ведь это здорово, что старик Протеро отправился к праотцам. Никто его не любил. Пусть у полиции голова болит – это их дело, пусть и суетятся. Я лично надеюсь, что они никогда не изловят убийцу. Еще не хватало, чтобы Слак получил повышение и ходил надутый от важности, как индюк, воображая, что он великий сыщик.
Признаюсь, что я не настолько чужд простым человеческим чувствам, чтобы не разделять его мнения по поводу Слака. Человеку, который всегда и повсюду, словно нарочно, восстанавливает людей против себя, не приходится ждать от них хорошего отношения.
– Доктор Хэйдок со мной согласен, – продолжал Деннис. – Он ни за что не выдал бы убийцу властям. Он мне так и сказал.
Вот в этом, мне кажется, опасная черта воззрений Хэйдока. Сами по себе его
взгляды, возможно, заслуживают уважения – не мне судить, – но на молодой неокрепший ум они могут оказать действие, совершенно неожиданное для самого Хэйдока.
Гризельда выглянула в окно и сообщила, что в саду у нас репортеры.
– Наверное, опять фотографируют окна кабинета, – сказала она со вздохом.
Нам пришлось немало претерпеть от подобных нашествий. Поначалу – жители деревни, полные праздного любопытства, ни один из них не преминул постоять и поглазеть разинув рот. Потом пошла в наступление армия газетчиков, вооруженная фотоаппаратами, а за ними – опять зеваки: поглазеть теперь уже на газетчиков. В конце концов пришлось поставить на страже у окон кабинета констебля из