Укрощение рыжего чудовища стр. 8
нормально сделать.
Он дисциплинированно замолчал. На то, что его правая рука гладит ее по колену, Варя решила не обращать внимания. А, может, просто уже не удивилась. Зато всё сделала быстро. И шов хороший, ровный и чистый. Несмотря на все безобразия, что вытворял в процессе его наложения пациент.
– Ну, всё, Тихон Аристархович. В понедельник в то же время. А потом через день.
– Давай, в кино сходим?
Он сидел рядом с ее столом, положив ногу на ногу и подперев ладонью нетравмированную щеку. Сидел как ни в чем не бывало – исцарапанное лицо в синяках, костюм, словно бегемотом изжёванный и свежая белая повязка. Какой-то настолько нелепый и несуразный, что даже сердиться на него не получалось, – при всем на то желании и поводах.
– Кино? – Варвара отложила авторучку. – Я узнаю в лекционном зале, когда будут показывать документальный фильм о вреде алкоголизма.
– Тебе парк ВДНХ нравится? – Он будто не слышал ее слов.
– Тихий, изыди! – Она все-таки рассмеялась. – Меня пациенты ждут, мне работать надо. И вообще, ты блондинок любишь, – Варя не заметила, как снова сбилась на «ты».
– Я уже смирился с тем, что меня нагло обманули.
– Нет, вы посмотрите на него! – не выдержала Зоя Анатольевна. – Обманули его! А ну марш отсюда, обманутый! Не мешай людям работать.
– Злая вы, тётенька, – вздохнул Тихий.
– Тамбовский волк тебе тётенька! – Суровая медсестра не выдержала и как-то совсем по-девичьи прыснула. – Иди домой, Тихон. Отлежись как следует. Проспись. С такой помятой рожей разве ж девушек в кино приглашают?
– Разумное замечание. – Он легко поднялся на ноги. – Ну, до понедельника тогда. Дамы цветы, шампанское, конфеты любят?
Зоя Анатольевна уже в голос рассмеялась.
– Дамы любят послушных и спокойных пациентов, – ответила Варя за двоих, изо всех сил сдерживая улыбку.
– Вот чего нема – того нема.
Дверь за Тихоном Тихим закрылась.
На следующий день Тихий явился на перевязку с огромным букетом бордовых роз и коробкой явно дорогих шоколадных конфет. А еще он наконец-то сменил мятый костюм на вполне нормальные джинсы и рубашку. И то, и другое было чистое, не измятое и шло ему гораздо больше, чем изжёванный костюм из серого льна. Да и отёки почти сошли на нет. В общем, вполне похож на человека. Только повадки всё те же – упыриные.
– А где шампанское? – неизвестно зачем подначила его Варя.
– В машине. Сбегать?
– Добегаешься сейчас! Марш на кушетку.
– Раздеваться? Я сегодня без трусов.
– Тихий, я всё-таки зашью тебе рот! – У Вари с утра настроение повышенно-кровожадное. Причина банальна и имеет гормональную основу. ПМС как он есть. И рука, гладящая колено, вызывает особенно сильное раздражение.
– У тебя такие пальцы нежные. И не только… пальцы, – ничуть не испугался Тихон.
– И будешь с зашитым ртом смотреть культурно-просветительское кино о вреде алкоголизма и пользе нижнего белья.
– А нету кина о пользе алкоголизма и вреде ношения нижнего белья? – Рука поползла от колена выше.
– Чего нема – того нема. Тихий, прекрати!
Разумеется, он ее не послушал.
На следующую перевязку Тихий принёс белые розы – всё в том же вульгарном огромном количестве.
– Тихон, ты подрался-то из-за чего? – Медсестра развлекала пациента, пока доктор обрабатывала руки.
Варя с удивлением поняла, что Зоя Анатольевна радикально поменяла свое отношение к самому наглому