Улитка на склоне - 1 (Беспокойство) стр. 110
— говорил он себе. Сколько можно пятиться? Он не мог остановиться, и презирал себя за это, и продолжал пятиться.
Остановились мертвяки. Сразу, как по команде. Тот, что шёл впереди, застыл с поднятой ногой, а потом медленно, словно в нерешительности, опустил её в траву. Рты их снова вяло раскрылись, и головы повернулись к вершине холма. Атос, всё ещё пятясь, оглянулся. Нава висела на шее у одной из женщин, та улыбалась и гладила её по спине. Остальные две спокойно стояли рядом и негромко переговаривались, одна расчёсывала волосы. Атос остановился и поглядел на мертвяков. Мертвяки в полной неподвижности смотрели на вершину холма. Атос
повернулся к женщинам. Женщины не обращали внимания ни на него, ни на мертвяков. Они переговаривались о чём–то низкими голосами, похлопывали Наву и ерошили ей волосы, улыбались и больше всего, видимо, были озабочены приведением в порядок своих мокрых блестящих волос. Словно после купания, машинально отметил Атос.
Шагая, как во сне, он приблизился к ним.
— Бегите, — сказал он, уже чувствуя, что говорит бессмыслицу. — Что вы стоите? Бегите, пока не поздно…
Женщины обратили, наконец, внимание и на него. Они были рослые, здоровые, непривычно чистые, словно вымытые, они и были вымытые, волосы у них были мокрые, и жёлтая одежда приставала к телу. Одна женщина была беременна, другая — совсем ещё молоденькая, с розовым детским лицом и гладкой, без единой морщинки, шеей. Мать Навы была ниже всех ростом и, по–видимому, самая старшая из них. Нава обнимала её за талию и прижималась лицом к её животу.
— Почему вы не бежите? — упавшим голосом спросил Атос.
— Это человек с Белых Скал, — сказала мать Навы, рассматривая его внимательно, но без всякого интереса. — Они теперь попадаются всё чаще. Как они оттуда спускаются?
— Труднее понять, как они туда поднимаются, — возразила беременная женщина. Она взглянула на Атоса только мельком. — Как они спускаются, я видела. Они падают. Некоторые убиваются, некоторые остаются в живых. Сейчас начнётся выход, — сказала она, обращаясь к девушке. — Сбегай наверх, мы подождём тебя.
Девушка кивнула и легко побежала вверх по склону. Атос смотрел, как она добежала до вершины и, не останавливаясь, нырнула в лиловый туман.
— Ты хочешь есть? — спросила мать Навы Атоса. — Вы всегда хотите есть и едите слишком много, совершенно непонятно, зачем вам столько еды, вы ведь ничего не делаете… Или, может быть, ты что–нибудь делаешь? Некоторые твои приятели умеют работать и даже могут быть полезны для Одержания, хотя они совершенно не знают, что такое Одержание, между тем грудной младенец знает, что Одержание есть не что иное, как Великое Разрыхление Почвы…
— Ты всегда делаешь одну и ту же ошибку, — мягко прервала её беременная женщина. — Влияние этой толстой жёлтой дуры сказывается на тебе до сих пор. Великое Разрыхление Почвы есть не цель, а всего лишь средство для Одержания Победы над врагом…
— Но что есть Победа над врагом? — слегка повысив голос, сказала мать Навы. — Победа над врагом есть победа над силами, которые лежат вне нас. А что значит «вне нас»? Вне нас — это не только вне меня и не только вне тебя, это вне нас