Умри, ведьма! стр. 52
велел Гейру:
— Накинь на него плащ, чтоб не видно было раны, и проводи до городских укреплений. Близко не подходи — просто позаботься, чтоб наши его не задевали.
Гейр дождался подтверждения приказа от Армеда и вышел из палатки. Сайнем повернулся к побледневшей, стиснувшей зубы Аин.
— Ну что, насмотрелась? — спросил он с улыбкой. — Беги-ка и ты к себе. Дальше еще хуже будет.
Девушка молча, не глядя на Сайнема, поспешно собралась и ушла. Едва за ней опустился полог, как лицо волшебника перекосилось от боли. Промычав что-то неразборчивое, он опустился на лежанку и свернулся, как побитая собака.
— Эй, ты чего это? — спросил Армед с испугом.
— Ерунда, — выдохнул Сайнем.
— Нет, постой, да ты впрямь как мертвяк стал! Что это вдруг?
— Вдруг! — Сайнем криво усмехнулся. — Ерунда, говорю тебе. Просто мы теперь с покойничком — один человек. И нож Гейров у меня тоже в спине торчит.
Армед тут же положил руку на спину приятеля — проверил.
Сайнем хрипло рассмеялся, охнул, закусил губу.
— Нож-то не человеческий! Он даже убивать сразу не убивает. Жизни кусок, может, отнимет, но это уж как повезет. Ладно, отстань, лучше подняться помоги. Посланник наш вроде до постов дошел, пароль с него требуют.
Волшебник сел, вытер пот краем Армедова парадного плаща и заговорил на языке Королевства. И где-то у самого города мертвец притворялся живым, повторял его слова, рассказывал, как чудом сбежал от нелюдей-дивов, негодовал, требовал, чтоб его немедленно отвели к старшему офицеру. И обоих грызла, захлестывала при каждом шаге, подбиралась все ближе к душе нечеловеческая, нездешняя боль. И Сайнем видел, как из тумана выступают темные улицы города, рукояти мечей и блестящие щиты солдат, узкие переходы крепости, и устами мертвеца все торопил своих провожатых. Ему нужно было добраться до цели прежде, чем боль завладеет его рассудком.
Наконец, когда посланник попал в комнату старшего офицера, Сайнем велел ему скинуть плащ и, воспользовавшись тем, что защитники города на мгновенье онемели, шепнул Армеду:
— Ну говори, пора.
Армед заговорил, Сайнем переводил, мертвец в пяти милях от них повторял:
— Благородный господин, меня послали Армед, князь чужан, и Маг Солнца Вианор. Солдаты чужан устали от войны, и Армед хотел бы заключить мир с вами. В его жилах течет также кровь людей Королевства, и он не хочет причинять зло земле своих предков. Если король отдаст ему часть земли, достаточную для прокормления войска Армеда и его свойственников, Армед уведет свои отряды от столицы. А в доказательство того, что это не ловушка, Армед расскажет вам о плане завтрашнего штурма. Соблаговолите найти способ донести мои
слова до короля. Люди Армеда будут ждать королевских посланников послезавтра на рассвете в священной роще.
Боль достигла такой силы, что Сайнем ее почти уже не ощущал. Просто его затягивало в темную воронку без воздуха. Торопясь, сбиваясь на каждом слове, он рассказал осажденным о найденном подземном ходе и, стоя уже на самой границе тьмы, последним усилием освободил своего напарника. Окровавленное тело офицера рухнуло на каменный пол в крепости, а Сайнем откатился к стене и долго лежал молча, гладил дубленую кожу, обтягивающую палатку, волчью шкуру на лежанке, забытую Аин бронзовую пряжку, будто заново приучал себя к этому миру.
— Ну, волшебник, ты жив еще?