Библиотека

Умри, ведьма! стр. 86

Размер шрифта
-
+
Тема

белый, безмолвный. Единственная пятигранная башня с узкими бойницами по всей высоте (внутри винтовая лестница) да двухэтажная постройка внизу с жилыми покоями. Крыша жилого дома служила боевым ходом, с которого удобно было обстреливать идущую вдоль Павинки дорогу. На краю крыши также примостились бойницы в виде ласточкина хвоста. В глубине Десси угадывала маленькую галерею, соединявшую башню и боевой ход. Высунутым языком торчал надо рвом оплетенный паутиной подъемный мост. (Опустить его пытались или, наоборот, поднять?) Сухое дерево на балясине внутренних ворот (из-за него замок и был прозван Сломанным Клыком) превратилось теперь в сахарную голову. Десси, когда была маленькая, частенько видела среди облаков такие вот белоснежные дворцы и, само собой, мечтала хоть разок там побывать. Вот и домечталась.

— «Сердце, спокойно терпи, как бы ни были тяжки страданья. Вспыльчивость — это, поверь, качество низких людей», — продекламировал Дудочник.

Шеламка кивнула, хоть и не поняла до конца. Но ей всегда нравилась хорошо сложенная речь.

— Это что? — поинтересовалась Десси.

— Да так, некто Феогнид. Я к тому, чтоб ты не кусала губы. Тебя никто не заставляет в этот замок лезть.

— Война заставляет, — возразила Десси.

— «Если уж рядом война оседлала коней быстроногих, стыдно не видеть войны, слезы несущей и плач», — согласился Дудочник. — А ты как думаешь, где первый

колдун ошибся?

— Дурак был, — ответила Десси, зевая. — Дураков бьют — умным уроки дают.

— А точнее?

— Есть два закона гостеприимства в Шеламе. Не зови того, кого не хочешь видеть. И не зови того, кого не сможешь выпроводить. Он умудрился нарушить оба и получил по заслугам. Это надо ж было придумать — восковую куклу жечь!

— А что? — изумился Дудочник. — Нормальная симпатическая магия, по-моему.

— Чем это она симпатичная? Представь себе: спишь ты спокойно, никого не трогаешь, вдруг кто-то схватил факел и принялся тебе пятки палить. Как ты, не знаю, а я тут ничего симпатичного не вижу. И Привиденьица наша, видать, тоже.

— Привиденьица?

— Конечно. Кто такие кружева плести станет? Женщина только.

— Может, ты и имя ее знаешь?

— Откуда? Для того, чтоб знать заклятие, нужно вперед знать, кто его положил. А для этого нужно знать, кто на покойника зуб имел. Если б тот колдун графа догадался порасспросить, не стучал бы сейчас клюкой.

— А ты узнала?

— А мне скажут? Графья все в склепе, под замком. Чтоб туда добраться, нужно прежде Привиденьицу прогнать. А здешние вряд ли что знают. А если и знают — мне не скажут. Я тут чужая. Так что если ты со своего чердака чего услышишь… Хотя, тоже вряд ли. Не думаю, что здешние дни и ночи напролет покойному Луню кости перемывают.

— Постой, если я хорошо понял, ты собираешься снимать заклятье вслепую, в точности как первый колдун?

— Угу, похоже, что так и придется.

— «Цену одну у людей имеют Надежда и Дерзость. Эти два божества нравом известны крутым», — сообщил Дудочник. — Позволь спросить, на что ты надеешься, радость моя рыжая?

Десси рассмеялась:

— Сам же говорил, на что. На два пас — в прикупе чудеса. А еще на топорище из рябины.

Глава 11

Дома у Гнешки шеламку поджидали трое гостей — весьма дородная баба в расшитой дорогой юбке и душегрее и двое мальчишек, одетых на господский манер. Старший, впрочем,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.