Уничтожить стр. 485
она опустила голову под сверкающим взглядом Прюданс и пришла в себя, только вернувшись к обязанностям прислуги.
– Ваша комната готова, – сказала она, – пойдите передохните, вам это, должно быть, необходимо.
На самом деле не особенно, подумаешь, четыре часа легкой дороги, но что-то же ей нужно было сказать.
– Поль не будет ужинать, – сказала Прюданс, – он действительно устал и с отцом повидается завтра, но тарелка протертого овощного супа не помешала бы и, может быть, немного пюре.
Он и правда заснул почти сразу, минут через десять после того, как лег, не поняв толком, что произошло между женщинами; все-таки это ненормальная ситуация, и Мадлен еще должна с ней свыкнуться, обычно сыновья не умирают раньше отцов, а тут он потеряет уже второго сына, старшего на сей раз. Прюданс разбудила Поля, чтобы он мог поесть, она принесла ему наверх легкий ужин, после окончания радиотерапии его перестало тошнить, и теперь он вроде как превратился в ее сыночка, страдающего от какой-то детской болезни, либо в беспомощного старика отца, и в то же время она как никогда обожала его член, все это ничуть ее не смущало, он может быть ей сыном, отцом и любовником одновременно, ей глубоко наплевать на всю эту символику, главное – он рядом.
На следующее утро Полю захотелось провести
немного времени в своей бывшей комнате. Прюданс осторожно покачала головой; как и все влюбленные женщины, она с волнением думала о тех нескольких годах, когда Поль, уже почти взрослый мальчик, еще с ней не познакомился; о тех нескольких годах, одновременно пустых и полных невероятных возможностей, когда оба они, каждый со своей стороны, волей-неволей вышли из подросткового возраста и привыкали нести бремя человеческого бытия.
Ну вот, сразу понял Поль, стоило ему открыть дверь своей комнаты, с Куртом Кобейном покончено навсегда. С Киану Ривзом пока не факт. С Керри-Энн Мосс он, конечно, не покончил, скорее даже наоборот, и он мгновенно понял, что ему придется уничтожить эти фотографии – сейчас или никогда, и вообще-то лучше прямо сейчас.
После обеда, который прошел, пожалуй, хорошо – ему удалось съесть немного больше обычного, но он снова почувствовал необходимость прилечь в середине застолья, – Мадлен сказала, что его отец сидит в зимнем саду; она не добавила, что он ждет его, но смысл ее слов заключался именно в этом. Он опять поднялся с трудом, но не особенно встревожился, такого рода инциденты еще будут происходить некоторое время, предупредил его радиотерапевт, ничего страшного. Прюданс помогла ему спуститься по лестнице и отправилась за старым инвалидным креслом отца обычной модели.
В ту минуту, когда Прюданс, толкая перед собой кресло, вошла в застекленную галерею, он снова вздрогнул при виде открывшихся за окном пейзажей, лесов и виноградников; ему хотелось удержать в памяти до конца, до самых последних своих мгновений это наслоение красок, зеленого, алого и золотого. Они доехали до зимнего сада; отец сидел за маленьким круглым столиком, спинка кресла была откинута назад. Прюданс выпрямила ее и усадила Поля по другую сторону стола, напротив него, чтобы им хорошо было видно друг друга.
– Когда за тобой зайти? – спросила она, уходя.
– Думаю, перед ужином.
– Ты хочешь остаться тут так надолго? До самого вечера?
– Мне не так просто будет все ему рассказать.
Когда она вернулась в семь