В боях рожденное Знамя стр. 25
хватит ли офицерам умения, чтобы быстро, хорошо ориентироваться в лесу. Дивизия долгое время находилась в обороне, для многих это было первое наступление. Как поведут себя командиры? Снова мысленно взвешиваю качества каждого из них.
Михаил Иванович Кротов, командир 140-го стрелкового полка, спокойный и уверенный в себе. Он кадровый военный, грамотный, полком командует давно, но в обороне. Комбаты у него испытанные. Особенно выделялись Анатолий Андреевич Казаков и Василий Иосифович Лейпунов — оба умные и храбрые командиры. Их батальоны поставили в первом эшелоне.
Командир 171-го полка — Иван Иванович Нейман. Командует полком больше года. Бесстрашен, инициативен. В полку его любят за личную отвагу. Люди готовы идти за ним в огонь и воду. Все три его комбата люди сильные, проверенные в боях. Наиболее опытный из них — Микеров.
Командир 232-го полка подполковник Иван Григорьевич Мадонов, настоящий мастер общевойскового боя. Опытный, смелый и решительный. В полку к нему относятся с уважением.
Мои размышления прервал начальник штаба дивизии полковник Тарасов.
— Получена шифровка, — докладывает он. — Двадцать третьего февраля в десять часов утра атака.
— Ясно.
Отдаю все необходимые распоряжения по наступлению и еду на наблюдательный пункт. Он размещается в лесу. Но из блиндажа просматривается только расположение 140-го стрелкового полка. Чтобы видно было все, нужно лезть на дерево, там оборудован наблюдательный пост, от пуль защищен броней.
На НП находилась вся наша оперативная группа: заместитель по политчасти полковник Островский, начальник оперативного отделения майор Пташенко, начальник разведки майор Зорько и командующий артиллерией полковник Добылев.
Ночь темная. Тишина. Лишь время от времени, как обычно, со стороны противника раздавался орудийный выстрел. Ему вторил выстрел с нашей стороны, да изредка прорезали воздух короткие пулеметные очереди.
Интересно, знали ли немцы о том, что мы приготовили для них наутро, установила ли что-нибудь их разведка?
Противник, почувствовав нависшую угрозу, 17 февраля начал поспешно отводить соединения 16-й армии из демянского «котла» через рамушевский коридор.
В 8.20 в серое, еще не успевшее поголубеть небо разом взметнулись зеленые ракеты. Обвальный грохот обрушился на землю — дали залп гвардейские минометы. Затем последовал мощный артиллерийский огонь, открыла шквальный огонь пехота. За две минуты до окончания артналета пехота дружно двинулась вперед, ломая сопротивление врага, ворвалась в сильно укрепленный узел сопротивления Пенну.
Взвод под командой старшины Алексея Пупкова, знаменитого снайпера, пробежав по траншеям, свернул в ход сообщения и вскоре уперся в дверь блиндажа. Рванув ее, старшина с пистолетом в руке влетел в блиндаж. Начальник гарнизона Пенны рассматривал карту.
— Хенде хох! — крикнул Алеша.
Гитлеровец схватил со стола свой пистолет, но Пупков опередил его выстрелом.
В штабе батальона Пупков со своим взводом уничтожил двадцать шесть фашистов и троих взял в плен.
Батальоны Казакова и Лейпунова очистили первую и вторую позиции, ворвались в Пенну. Противник в панике бежал за реку в лес, но затем перешел в контратаку. И в этот тяжелый момент подошли танки 32-го танкового полка. Командир полка подполковник Скиданов шел в атаку впереди боевого порядка на своем танке. Прямым попаданием снаряда сбило ствол пушки, но танк не остановился… Скиданов выскочил прямо на гитлеровскую цепь контратакующих. За ним повернули все машины его полка. Сам Скиданов раздавил три пушки, два миномета, пять пулеметов и уничтожил до тридцати фашистов. Танковый полк сорвал