Библиотека

В боях рожденное Знамя стр. 44

Размер шрифта
-
+
Тема

Солдаты полка гнали врага, и к вечеру хорошо укрепленный узел сопротивления — трамвайный парк — был занят.

Одновременно переправился и 756-й полк. Отважно действовали солдаты подразделений Айвазова, Тишкова и Макарова.

Сапер Станкевич был ранен еще на мосту, но он не выходил из боя, продолжал вести огонь. Почти у самого моста, под откосом, справа от тротуара, на боку лежали два броневика. Рядом с машинами валялись трупы фашистских солдат. По всему было видно, гранаты подброшены Станкевичем под ходовую часть машины из-за укрытия — дамбы. Вторая пуля сразила бесстрашного воина. Он выпустил из рук оружие, но его товарищи Самохвалов, Шанкарев и другие были уже впереди.

Все больше и больше наших бойцов на противоположном берегу. Вот уже водная преграда осталась позади. Противник ничего не мог поделать с натиском советских солдат. Бой шел уже на южном берегу Фербиндунгс-канала.

Дивизия не давала противнику опомниться и прийти в себя. Овладев каналом, без малейшего промедления двинулась вперед.

Выбитые из первых зданий, гитлеровцы засели на станции Бойсельштрассе, метрах в двухстах от канала, не давая возможности переправлять через него артиллерию и танки. Дорога каждая минута. И тут в дело вступили саперы. Под ураганным огнем противника они начали разминировывать и ремонтировать мост. Вернее сказать, не ремонтировать, а наводить заново, так как он был сильно

разрушен.

В это время бойцы капитана Неустроева ворвались на станцию Бойсельштрассе.

По восстановленному мосту двинулись орудия и танки. Дивизия прорвала городской оборонительный обвод и открыла путь в глубь Моабита. Противник предпринял несколько яростных контратак.

Солдаты капитана Неустроева распахнули ворота концентрационного лагеря, в котором томились советские люди, угнанные гитлеровцами из Белоруссии, с Украины, из других временно оккупированных республик и областей. Высокий забор, колючая проволока, сторожевые вышки с пулеметами и овчарками. Высыпали исхудавшие люди. Плачут от радости, обнимают солдат, благодарят за спасение.

Мне уже приходилось беседовать с освобожденными из концентрационных лагерей. Они много рассказывали о той жестокости, с которой обращались с ними фашисты. Не успел подойти к бывшим узникам, как вокруг меня моментально образовалось плотное кольцо молодых ребят и девушек. Все они говорили и говорили, мне было трудно уловить о чем.

Одна рядом стоящая со мной девушка рассказывала подробно и быстро:

— Обращались с нами, как с рабочим скотом… Работали по двенадцать часов в сутки… Кормили впроголодь. Били… — Глаза ее были полны ненависти. — Дайте нам винтовки. Возьмите нас, мы вместе с вами пойдем.

МОАБИТ

Моабит — центральная часть Берлина, опоясан с севера, запада и востока глубокими каналами. Берега обшиты железобетонными плитами. С юга протекает река Шпрее.

Бои внутри района Моабит, старинного и очень густо заселенного, становились все ожесточеннее. Разрушения от бомбардировки здесь были сравнительно небольшие. Узкие улицы напоминали огромные каменные траншеи. Дома с толстыми стенами и высокими кирпичными заборами, заводы и фабрики гитлеровцы приспособили для активной обороны. Поэтому бои приходилось вести в очень тяжелых условиях, штурмовать такие громадные и прочные здания, как, скажем, Моабитская тюрьма. Но кто в те дни думал о трудностях! Мы сражались в центре фашистского логова. Каждый наш удар приближал Победу, и непреодолимое становилось преодолимым, невозможное — возможным.

Танки и самоходно-артиллерийские установки упорно продвигались по улицам Моабита, прокладывая путь пехоте, подавляя и уничтожая огневые точки противника. Не оставались в долгу у своих

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.