Библиотека

В глубине Великого Кристалла-2 стр. 185

Размер шрифта
-
+
Тема

делать? От него может кто-нибудь освободить?

- От слова? Тот, кому ты его дал.

- Да... а если сам себе? Разве сам себя могу?

"Нет, самому нельзя, - подумала Юля. - Это было бы слишком просто". И вздохнула.

- Но ведь кто-то может, - шепотом сказал Фаддейка. - Лучший друг может?

- Лучший друг... наверное, да.

Он взял ее за руку, как тогда на ночном берегу, в первый вечер знакомства. Как братишка. И сказал со спокойным вздохом:

- Тогда хорошо.

Теплея от благодарности к Фаддейке, и боясь за него, и радуясь, что есть он вот такой на свете, Юля проговорила:

- Но ведь я... но ведь друг, чтобы освободить от слова, должен знать, про что оно.

Он ковырнул ботинком нашлепку грязи на доске тротуара.

- Я дал слово, что не буду встречаться с одним человеком. Никогда в жизни. Потому что он меня бросил... когда я маленький был...

Обо всем догадавшись, Юля сказала негромко:

- Это бывает. Сперва решил что-нибудь, а потом понимаешь, что поспешил...

- Я не спешил. Я долго думал... Но сейчас опять думаю. Я ведь ничего про него не знаю. Может, он не виноват... Он теперь меня ищет. Вдруг ему плохо, а я... ну, я не знаю.

- Я понимаю, - сказала Юля.

Он глянул с сомнением: понимает ли? И проговорил насупленно:

- Назовете столько людей, которым плохо. А если еще одному... Сперва кажется, что пустяк. А потом - колокола...

"Какие колокола?" - хотела спросить Юля. Но смолчала. Ей вдруг показалось, что Фаддейка может заплакать. Она быстро сказала:

- Конечно, я освобождаю тебя от твоего честного слова.

Фаддейка глянул на нее хмуро и требовательно:

- Так быстро нельзя. Это надо серьезно. Ты должна подумать и все решить.

- Хорошо, я подумаю.

- Я тебе все расскажу, и ты решишь. Ладно? Можно ведь и не сегодня. У нас ведь еще будет время...

...Фа-Тамир устало проговорил:

- Все осталось... И мы, и пески. И колокола... Вы слышали, князь, старую сказку, что иногда они звонят сами собой? То ли в предвестии новых бед, то ли в память о ком-то...

Урата-Хал промолчал. Или не расслышал, или обдумывал ответ. Но полковник легкой конницы Дах, безмолвно слушавший беседу начальников, вдруг сказал:

- Простите меня, маршал, простите, князь, но я должен сообщить то, о чем не решался говорить раньше... Колоколов нет.

- Как - нет? - Князь тауринов недоуменно вскинул голову. - Их сняли? Где и сколько? Кто?

- Неужели кто-то решился нарушить обычай? -

сумрачно спросил Фа-Тамир. Тогда и другие запреты будут развеяны, как песок...

- Их не сняли. Их нет вместе с башнями и арками...

- Говори яснее, Дах, - нахмурился Фа-Тамир. И ощутил, как сбилось с ритма сердце. Будто конь оступился.

- Мы хотели похоронить Хоту Змейку у подножия двойной башни, прозванной "Брат и сестра". Ее колокол на рассвете всегда блестел, как звезда... Мы не увидели башни. Место, где она стояла раньше, нашли по трем высохшим деревьям, но от башни не было и следа.

- Вы ошиблись местом, полковник, - сказал Фа-Тамир.

- Когда возвращались к Стану, я приказал держать на холм,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.