В моей смерти прошу винить… (сборник) стр. 138
глазок – его соседка, симпатичная стерва, собирала рассыпавшиеся вещи в сумочку и негромко материлась. Собрав все, она огляделась и, ничего не обнаружив, спустилась по лестнице.
Ушла. Стас задумался. А что, если?..
Он поспешил в чулан и, не раздумывая, полез в дыру.
Выхода, видимо, не было, и Стас почувствовал приступ клаустрофобии, как только понял, что не сможет развернуться. Петренко даже и не представлял, что между квартирами такие толстые перегородки. Вокруг было темно, как в… Ассоциации по поводу его местонахождения вызвали улыбку, и он пополз дальше.
Стас ввалился в соседскую квартиру. Секунду назад перед глазами была только темнота. Петренко поднялся с пола
и осмотрел квартиру. Он узнал помещение. Эта квартира не принадлежала взбалмошной девушке, эта квартира была из его сна. Картина, упавшая со стены, лежала на круглом столе. Та же железная кровать у нарисованного окна, тот же телевизор… Музыкальный центр! Стас повернулся туда, где, как он помнил, стояла обувная полка. Центр был там. Он, не раздумывая, схватил его, запихнул в дыру и еще раз осмотрелся. Стас вспомнил о новеньких туфлях. Если квартира та же, то и туфли должны быть на месте.
Он пошел в коридор. Туфель нигде не было. Глупости! Почему он решил, что именно эта квартира ему снилась? И совсем не обязательно, что здесь будут стоять те же предметы. Музыкальный центр, кровать и картина – всего лишь совпадения.
Надо возвращаться. Не ровен час вернется соседка, и тогда… Стас боялся, что обычными язвительными выпадами в его сторону не обойдется. Может закончиться все куда плачевней.
Петренко поспешил к дыре, запрыгнул в нее и, двигая перед собой музыкальный центр, пополз в свою квартиру.
Стас вылез, центр поставил на полку, осмотрел кладовую. В углу лежала сложенная коробка от телевизора, который давно был заложен, а деньги пропиты. Коробка лежала так, на всякий пожарный. Вот он и настал, этот случай.
Стас взял коробку и прикрыл дыру. Отошел. Вроде в глаза не бросается, так – просто картонка, засунутая за стеллажи.
В коридоре Стас подошел к входной двери и посмотрел в глазок. Как вовремя! Он увидел, как соседка открывает дверь и входит в свою квартиру. Петренко облегченно вздохнул и пошел к кладовой. Надо, пока девушка не опомнилась, пойти и продать музыкальный центр.
Музыка заставила остановиться мужчину. Последним, что издавало хоть какие-то звуки, был кассетник «Маяк», а его Стас продал за четыреста рублей еще два месяца назад. Музыка определенно играла в его квартире. Петренко прислушался. Звуки доносились из чулана. Стас подошел к двери в кладовку. Так и есть! Кроме музыкального центра там нечему больше играть. Он резко открыл дверь и включил свет. Несмотря на то что сетевой шнур свисал с полки и не мог быть подключен к сети из-за отсутствия розеток в помещении, аппарат играл. Стас подошел к нему и осторожно дотронулся до центра. Тут же отдернул руку – музыкальный центр был горячий, будто только из печи.
Вдруг звуки из колонки начали ломаться и тянуться – так обычно происходило с его кассетником, когда он зажевывал пленку. Центр вспыхнул и замолчал. Петренко побежал в ванную, набрал воды в ковш и понесся назад. Когда он вбежал в кладовую, огонь уже потух, а