Библиотека

В опасности стр. 109

Размер шрифта
-
+
Тема

он заметил, что часов нет.

4

Спустилась ночь, и все, кто был свободен от вахты, получив по второй порции брома, отправились спать.

Капитан Эдвардес впервые за эти дни разделся и надел пижаму; потом закурил трубку и повалился на койку. "Архимед" по-прежнему шел с креном; к счастью, нижняя часть койки была у стены, иначе бы на ней не удержаться.

Капитан Абрахам правильно почувствовал, что Эдвардес смертельно обеспокоен будущим. Но в некотором смысле он беспокоился не столько за себя, сколько за владельцев. Он надеялся, что они не выставят себя дураками. За последние двадцать лет между владельцами и флотом сложились очень добрые отношения, и он надеялся, что владельцы их не испортят. Если расследование, основываясь на неоспоримых фактах, покажет, что он как капитан судна не проявил должного мастерства, что ж, пусть его уволят. Но сразу, и коллеги отнесутся к этому с уважением. Если же, наоборот, будет установлено, что серьезных промахов он не допустил, пусть так и скажут и немедленно восстановят его в должности. Без уверток. Без перевода на шесть месяцев в каботажный флот — якобы для поправки здоровья, пока они там будут раздумывать. Уж лучше несправедливое увольнение.

Капитан Эдвардес отлично понимал, к какому вердикту может их привести необузданное правосудие. Они могут оштрафовать его за то, что направил судно в опасную зону, и наградить золотыми часами за то, что сумел его сохранить. Ну, может, он того и заслуживает. Но выглядеть это будет не очень красиво. В глазах флота, да и остального мира.

Наградные золотые часы. Он представлял себе эту сцену. Ему придется произнести речь. При мысли о том, как он произнесет речь перед этими шишками, валлийская кровь капитана забегала живее. Но пока что он смог придумать только одну фразу:

"Господа, — он вообразил, как с этими словами поднимает над головой свой приз, — уважаемый лорд-мэр и господа! Эти часы будут для меня вечным напоминанием о гневе Божием!"

За дверью послышался звук — кто-то двигался украдкой в другой каюте. Кто-то, кому не полагалось там быть! Эдвардес затаился и напряг слух.

Зашуршала бумага; упал на пол стакан. Он подобрался, приготовился вскочить с койки. Что-то мягкое шлепнулось на пол — и Томас неуверенно просунул в дверь мордочку, прося разрешения войти. Он не похудел против прежнего, но выглядел взъерошенным — как будто хотел, чтобы его приласкали.

Капитан Эдвардес вытянул руку, забрал зверька к себе в постель и погладил.

Рабб. Щекотливое дело. Если он в докладе скажет всю правду, Рабба выбросят на улицу. Толковый моряк, порядочный человек, его любят подчиненные. Сломался во время шторма, это правда. Но ему не повезло. Не полагается человеку попадать в такой шторм. Он мог проплавать всю жизнь и не сплоховать ни разу — если бы не этот злосчастный шторм. И очень мало вероятности, что ему случится угодить в такой шторм еще раз. Опять же, будь он на своем судне, с четко обозначенными обязанностями, ему помогло бы выстоять чувство долга.

Опытный моряк; жизнь поломана из-за одной неудачи.

А ведь можно вообще не упоминать о нем в докладе, думал капитан Эдвардес… но в глубине души он знал, что не сможет так поступить.

* * *

Сутер, исполнявший теперь обязанности

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.