Валентинка с секретом стр. 36
Дальше шли полустершиеся символы, которые Настя не стала разбирать, оставив на потом. А еще была запись, что на следующий день онемевшая учительница вновь заговорила. Характер у нее после «болезни» сделался прямо-таки ангельским, она ни на кого и никогда больше не повышала голос.
Когда Настя, оторвавшись, наконец, от книги, взглянула на часы, было уже почти пять. Чертыхнувшись, она бросилась в школу, но все равно опоздала.
— А я другого и не ожидал! — Никита бросил торжествующий взгляд на старосту. — Ты ее защищаешь, а она опоздала на шестнадцать минут и тридцать три секунды!
Неприветливая встреча отбила у Насти всякое желание извиняться.
— Радуйтесь, что вообще пришла! — огрызнулась она, бросая рюкзак на парту.
— Не больно-то и ждали! — отпарировал Никита.
— Да? А чего ж ты тогда секунды считал? — фыркнула Настя.
— Без паники! — остановила ссору Вика. — Вы чего распсиховались? Вот закончим, общайтесь сколько влезет. А меня нечего своими разборками задерживать!
Настя села рядом с Викой, хмурый Никита вытащил какой-то толстый том с кучей разноцветных закладок, открыл на зеленой и начал монотонно читать.
Настя не слушала. Подперев щеку рукой, она смотрела мимо Никиты. Мыслями девочка все еще витала в прошлом веке, в том далеком времени, когда ее прабабушка училась волшебству…
Никита перешел на красную закладку, его слова убаюкивали, укачивали, как будто мама читала вечернюю сказку… К тому же она так устала: бессонная ночь, невероятные приключения и переживания, а потом еще школа… Настя не заметила, как заснула.
— Да ты не слушаешь! — вскипел Никита, опустив книгу. Синяя закладка упала на пол. — Абашина, очнись! Хотя бы сделай вид, что тебе интересно!
— Да, извини, задумалась… А мы что, так и будем только слушать? Может, как-то по-другому потренируемся? А то так скучно, просто ужас! В сон клонит…
— Уже заметил, — Никита сердито захлопнул книгу. — Знаешь что! Не хочешь — уходи!
— И уйду!
Настя вскочила, схватила рюкзак, но в этот момент в кабинет вошел завуч по внеклассной работе Максим Игоревич.
— Кузовлева, объясни мне, пожалуйста, что это такое? — учитель протянул Вике лист бумаги.
— Я не знаю, — Вика недоуменно вертела листок в руках. — Бумажка какая-то. А что?
— А то, что вчера на этой бумажке была написана ваша заявка на участие в интеллектуальном марафоне.
— На этой?! — поразилась Вика. — Может, вы перепутали? Здесь же ничего нет!
— Ничего я не перепутал! У меня все бумаги в строгом порядке! И тебе придется объяснить, что все это значит!
— Не знаю… — Вика растерянно развела руками. — Мистика какая-то!
— Короче, так. За такие шуточки следовало бы снять вас с соревнований, но на первый раз прощу. Если собираетесь участвовать, немедленно пишите новую заявку! И такую, чтобы не исчезла на следующий день! Занесешь мне, я буду до семи.
— Ладно… Хорошо… Абашина, у тебя есть ручка? — Вика обернулась к Насте. — Одолжи, а?
— Как это «одолжи»? — раздался голос Никиты. — А моя где? Та, что тебе Ларка дала.
— Ах эта… Извини, задевалась куда-то… Ума не приложу! — Вика виновато развела руками.
— Ты бы лучше голову свою куда-нибудь задевала! — рассердился парень.
— Подумаешь, из-за какой-то ручки! — тут же надулась Вика.
— Не из-за