Библиотека

Варварогений децивилизатор стр. 308

Размер шрифта
-
+
Тема

главе отряда эфиоп. патриотов при поддержке брит., фр. и белы, военных вернулся в Аддис-Абебу.

6 Мицич имеет в виду сербохорват, язык, который наряду со словен. был государственным языком КЮ.

7 Лиз Готи (наст, имя Алис Готье, 1900–1994) – фр. певица и киноактриса. Песня «Шаланда плывёт», которую Готи впервые исполнила в 1933 г., стала настолько популярной, что дистрибьюторы фильма Ж. Виго «Аталанта», снятого в 1934 г., решили переименовать картину и в надежде на успех выпустили киноафиши с назв. «Шаланда плывёт».

8 Люсьен Буайе (1901–1983) – одна из самых популярных фр. певиц межвоенного периода.

9 Имеется в виду басня Ж. де Лафонтена «Дунайский крестьянин». В пер. В. Левина эти строчки звучат так: «Точь-в-точь медведь, когда храпел он много дней // И плохо вылизан», см.: Библиотека всемирной литературы. Т. 41: Европейская поэзия XVII в. ⁄ Сост. И. Бочкарева, Е. Витковский, Л. Гинзбург, И. Иванова и др. М.: Худож. лит-ра, 1977. С. 699.

10 Фея Моргана – персонаж кельт, артуровского цикла, волшебница и целительница, которая, по некоторым версиям легенды, была сестрой короля Артура. В др. источниках Фея Моргана предстаёт властительницей о. Авалон. По одному из вариантов сказания, на этом острове был выкован меч короля Артура и на этот же остров короля привезли для исцеления от ран, полученных в последней битве. От имени Феи Морганы происходит назв. редкого оптического явления в атмосфере – Фата-моргана. Это сложный вид миража, при котором за горизонтом видны чередующиеся или накладывающиеся друг на друга искажённые изображения отдалённых объектов. В переносном смысле – мираж, иллюзия, заблуждение, обман, нечто в реальности недоступное.

11 Отец Варварогения стал героем вышедшего восемью годами ранее романа Мицича «Зенитон, возлюбленный Фаты Морганы». В рецензии на эту кн., появившейся в парижской газ. “Comoedia”, говорится следующее:

«Зенитон – это своеобразный балканский Заратустра, а его создатель, Любомир Мицич – сербский Ницше. Лихорадочный визионер, обладатель порывистого воображения, неистовый бунтарь, но прежде всего поэт – таков автор “Зенитона”, и под внешней оболочкой циничного философа и анархиста-мстителя ему с трудом удаётся скрывать пылкую любовь к гармонии и справедливости. Волей-неволей он оказывается поэтом-патриотом, чёрным трубадуром истерзанной родины. Мы говорили о Ницше. Он же сравнивает себя с Гамлетом: “Я, Зенитон, варварский принц и брат Гамлета…”

Тогда почему не Данте? Среди множества диковинных сокровищ, под слоем фантазии – фантазии и впрямь мучительной – в этой книге местами проступает смутная дантовская мощь, а Фата Моргана, в которой поэт нашёл свою Беатриче, пробуждает и в то же время разрушает не ницшеанское сверхчеловеческое, а бесчеловечность, присущую новому времени. Из этого динамичного сочинения вырываются языки всепоглощающего пламени. Каждая страница обрушивает на вас аэролит, и восхитительный космогонический хаос знаменует конец света. Такому писателю не пожелаешь упорядоченности, по крайней мере, не сейчас. Когда-нибудь в его душе всё встанет на свои места, жар угаснет, позволив ему создать что-то другое – может, более совершенное, а может, и нет. Но когда придёт тот день, ему не стоит отрекаться от первых своих трудов, ибо “Смелее! К варварству” и “Зенитон, возлюбленный Фаты Морганы” раскрывают новый потенциал поэтической выразительности: со всей своей свирепостью и непримиримостью Любомир Мицич – самый настоящий европейский бард, пророк, вопиющий с балканских рубежей, его-то в июле 1914 года и обещал нам

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.