Библиотека

Вечно ты стр. 55

Размер шрифта
-
+
Тема

явно ему не бабушка вязала. В общем, как сказала бы Вера, «упакован в фирму с ног до головы». И все такое добротное, аккуратное, ботинки, несмотря на погоду, сверкают и без единого пятнышка. И рядом она, в брюках цвета напуганной мыши и блузке, сшитой из древнего бабушкиного отреза, коричневого в белый горошек. Правда, по выкройке из «Бурда моден», но цвет такой тоскливый, что кого это волнует. А сверху еще жилеточка-самовяз. И хвостик с аптечной резинкой. И пластмассовый обруч, чтобы пряди не выбивались из прически. Полные доспехи старой девы. И само по себе зрелище печальное, а рядом с таким импозантным мужчиной – вообще пугало огородное.

Нет, конечно, думать, что между ними что-то может возникнуть – просто абсурд.

Тем временем Лев подошел ближе.

– Как говорится, я старый солдат, – сказал он, заглядывая ей в глаза, – поэтому спрошу прямо – давайте сходим куда-нибудь?

– Куда?

– Куда скажете. В кино или в театр. Или еще куда-нибудь.

Люда переступила с ноги на ногу. Ситуация создалась настолько непривычная, что она будто перестала быть самой собой.

– Я не знаю, – сказала она, – куда вы хотите?

– А мне все равно, лишь бы с вами.

– Да?

– Так точно.

Он посмотрел строго, и Люде вдруг сделалось так спокойно, будто она знала его всю жизнь.

– Мне тоже все равно, – призналась она, – куда билеты будут, туда давайте и пойдем.

– Давайте. Вы уже освободились?

Люда хотела сказать, что да, но посмотрела на его ботинки и содрогнулась. В их прошлую встречу на улице было темно, Лев, наверное, не рассмотрел ее наряд в деталях, а сейчас дело другое – им придется пройти по коридору в безжалостном свете люминесцентных ламп. Когда этот аккуратист и щеголь увидит ее просоленные и растоптанные сапоги, все кончится, не начавшись. Ну а если Лев вдруг устоит от этого удара, то старое Верино пальто точно его добьет. Контрольный выстрел.

Она соврала про вечерние занятия с отстающими, и Лев ушел с обещанием позвонить вечером и договориться о завтрашнем свидании, на которое Люда решила надеть демисезонные сапоги и куртку, которые тоже не радовали глаз, но все же выглядели как одежда, а не как содержимое мусорного бака.

Первый раз в жизни Люду вдруг пронзило осознание, что она выглядит не как скромная, но духовно богатая дева, а как неряха, давным-давно махнувшая на себя рукой. И все ее прекрасное рукодельное мастерство нисколько не помогает, потому что когда ты шьешь из старья, то получаешь не обновку, а перешитое старье.

Лет до четырнадцати она спокойно принимала участь младшего ребенка, донашивая Верины вещи. Так было принято, ибо дети растут быстрее, чем одежда изнашивается. Потом они с сестрой сравнялись ростом и фигурами, но обновок Люда так и не дождалась. Она как раз стала домашней девочкой, искусной рукодельницей-хлопотуньей, способной с легкостью смастерить «чудесную юбочку» из старых папиных штанов или бабушкиного сарафана. В магазинах ничего купить невозможно, там продаются отвратительные вещи, которые надеть противно, а качество у них еще хуже вида, прикасаться к ним – уже несмываемый позор. Стоять в очередях – унизительно, покупать у спекулянтов – преступно, заводить знакомства с нужными людьми из торговли, чтобы доставать дефицит, – недостойно благородного человека. Вере с мамой приходится иногда отступать от этих

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.