Ведьмин зов стр. 682
вы стали, если не инквизитором?
– Понятия не имею. – Он честно подумал. – Но точно не фермером. Меня с детства ненавидят гуси, преследуют толпой и щипают за ноги.
Эгле хрипло засмеялась:
– Хотела бы я на это взглянуть…
– Многие хотели бы, – серьезно сказал Клавдий. – С попкорном. В первом ряду… Кстати, я посмотрел «Железного герцога». Костюмы – лучшее, что там есть. Все остальное мне показалось довольно-таки заурядным…
Он еще раз дал ей затянуться. Эгле отстраненно подумала, что он сейчас ее убьет, что он забивает ей баки, отвлекает, дает покурить перед казнью, что перейти в оперативный режим для него – дело секунды.
– Не бойся, – сказал он быстро.
– Я не боюсь. Жить хочу… но смерти не боюсь.
– Значит, будешь жить.
– Давайте не говорить о будущем. – Она грустно улыбнулась. – Есть эта минута, надо ее проживать…
Что-то изменилось в кухне. Морозом потянуло из дверного проема. Эгле опустила глаза: Мартин стоял в дверях.
– Вот и ты, пошли со мной. – Клавдий походя утопил сигарету в пепельнице, двинулся на Мартина, будто собираясь сбить его с ног, ринулся, как тяжелый танк на кролика. – Идем, Мартин, надо поговорить…
Мартин смотрел на Эгле. Она предпочла бы еще раз сунуть руки в огонь, чем ощущать на себе этот взгляд.
– Я сказал – идем. – Клавдий повысил голос. – Куратор, у меня для вас срочная информация, это приказ, идемте…
– Нет, – очень тихо отозвался Мартин, и от звука его голоса Эгле затряслась. – Не в этот раз. Нам с Эгле не нужны посредники.
* * *Клавдий понял, что не сдвинет его с места. Что ни криком, ни шипением его не проймет, что никакого приказа сын не послушает; он встал между Мартином и Эгле, загораживая ее собой:
– Покажи руку.
Мартин поднял левую ладонь, перепачканную высохшей кровью: сквозная рана затянулась.
– Спроси у нее, куда девался смерть-знак, – сказал Клавдий. – Давай, сейчас, при мне.
– Не надо, – слабым голосом попросила Эгле. – Клавдий, он прав… Мы сами договоримся. Мы же не дети.
Он не мог ни помочь им, ни помешать. Он ничего не мог для них сделать.
И он вышел, сжав зубы, оставляя этих двоих наедине.
* * *Эгле смотрела на лед, розоватый от ее крови, на тонкий ледяной барьер между своими обожженными руками и всем остальным миром. По ее спине, по шее, по плечам бежали от затылка ледяные мурашки.
– А я уже почти поверил, что все кончится хорошо, – сказал Мартин еле слышно.
– Что значит – «хорошо»? – Она стояла к нему спиной. – Ведьмы не будут убивать инквизиторов, потому что никакого Зеленого Холма
больше нет. Ивга может спать спокойно, потому что вы с ней разрушили призрак Ведьмы-Матери. Ты выжил, хотя был обречен – но это мелочь, конечно, побочное явление. Чего тебе еще? Каких тебе розовых летающих слонов, чтобы ты наконец сказал – вот теперь хорошо?!
Он молчал.
– Просто цена, – другим голосом сказала Эгле, – которую надо было заплатить. Ни о чем не жалею, кроме того, что мы с тобой не успели съездить в круиз.
– Покажи руки.
Не оборачиваясь, она подняла руки, будто сдаваясь, и снова опустила в воду.
– Свет-знак? – спросил он очень глухо.
– Не знаю. Я не училась в инквизиторском колледже.
– Четыре раза, – прошептал он.
– А