Библиотека

Ведьмин зов стр. 684

Размер шрифта
-
+
Тема

ее уху:

– Это не фантомное сознание.

Она содрогнулась:

– Скажешь, я не флаг-ведьма?!

– Ты флаг-ведьма. – От прикосновения его губ у нее растекались мурашки по коже. – Но кое-кто еще. Ты никогда не станешь злобной тварью. И уж конечно ты никого не забудешь.

У Эгле закружилась голова, Мартин осторожно поставил ее на землю, но рук не разжал.

– Розовые л-летающие с-слоны, – пробормотала она, запинаясь.

– Ты сказала – «просто цена». А это не просто цена. За розовых слонов такую цену не платят.

Ее колени подкосились, она села на пол. Мартин поддержал ее и опустился рядом.

– Эгле, прости меня.

– Принято. – У нее все плыло

перед глазами. – Мартин… кто я такая? Теперь?!

– Кто ты такая, – сказал он с безумной улыбкой. – Кто же ты такая…

Он вскочил, склонился над раковиной, полной льда, и погрузил туда голову. Выпрямился: вода с волос лилась на его голые плечи, смывая высохшую кровь.

– Мартин. – Эгле испугалась. – Что ты там увидел?!

– Вставай. – Роняя капли, он осторожно поднял ее с мокрого пола, усадил на стул. – Я могу быть не прав… Хорошо бы, конечно, чтобы прав, я ведь не дурак, да? Ты действующая ведьма, ты много чего можешь… Можешь открыть окно?

Эгле порывисто вздохнула. Отлетела, распахиваясь, рама, хлынул снаружи поток зимнего воздуха с глубоким запахом хвои. Прошелся сквозняк по кухне. Окно захлопнулось, стекло зазвенело и чудом не разбилось.

– Хорошо. – Он казался довольным. – Покажи, как ты прячешься.

– Мартин… – Ей становилось все страшнее.

– Не бойся. Просто покажи.

Эгле зажмурилась, укутывая себя мороком.

– Браво. – Он начертил в воздухе знак, и морок распался. – А теперь я тебе кое-что покажу…

Он взял с полки фарфоровое блюдо, расписанное синими и золотыми цветами. Подержал в руках и выпустил, блюдо разлетелось осколками по всей кухне. Эгле вздрогнула.

– Почини, – мягко сказал Мартин.

Эгле взглянула на него со страхом. Он улыбнулся и кивнул. Эгле обреченно посмотрела на осколки блюда: они казались фрагментами головоломки. Легкой. Детской. Гладкие, с острыми краями. Синие и золотые. Они тянулись друг к другу, они мечтали вернуть целостность; она помогла им только чуть-чуть.

Мартин поднял с пола целое блюдо. Посмотрел на просвет. Щелкнул ногтем по золотой кайме: блюдо зазвенело.

– Мартин, – жалобно сказала Эгле. – Объясни мне.

– Не могу, – сказал он с нервным смешком. – У меня одно объяснение: когда делаешь что-то, чего раньше никто не делал, становишься кем-то, кем прежде не был никто.

Он двумя руками взял ее за запястья. Эгле посмотрела на свои ладони: черные клейма с двух сторон. Бесчувственные скрюченные пальцы.

– Почини, – сказал Мартин.

– Март…

– Не задумывайся. Рыба не учится плавать. Давай.

Он положил ее руки поверх своих – ладонями кверху.

Эгле сглотнула. Сосредоточилась. От сморщенной паленой кожи повалил пар. Ладоням сделалось горячо, но не больно. Опадала хлопьями, как черный снег, мертвая горелая плоть, из-под нее появлялась новая, пальцы дернулись и распрямились. Через минуту на ее руках остались тонкие розовые шрамы, в которых отдаленно угадывалась звездочка свет-знака.

– Мартин… это что?!

– Традиция, – сказал он и снова обнял ее. – Женщины нашей семьи раз в жизни совершают чудо.

Эпилог

– Господа, вы знаете, что кадровые перестановки в Ридне не были ни мирными, ни спланированными. Что обстановку в провинции можно описать словом «пожар» во всех смыслах. Я как

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.