Величайший рыцарь стр. 216
там уже встречали конюхи, чтобы забрать лошадей, и слуги, чтобы проводить в зал. Для умывания приготовили теплую воду. Потом им подали вкусную еду: фаршированные грибы и форель, жареную с миндалем, зелень и фрукты. Изабель не понимала, насколько проголодалась, пока не принялась за еду. Несмотря на боль во всем теле, аппетит у нее оставался хорошим.
Они вместе с Вильгельмом выпили вина, которое, стараясь не привлекать к себе внимания, подали его оруженосцы. Как и вчера, рядом оказался бард. Он тихо пел и играл, пока они ужинали. Однако на этот раз не было гостей, только несколько вассалов, помощников и писарей, которых Вильгельм привез из Лондона. Им еще предстояло набрать большую свиту, которая требовалась при их положении.
– Когда я был в твоем возрасте, люди говорили, что я всегда или ем, или сплю и, кроме как в этих занятиях, никогда ничего не добьюсь, – сказал Вильгельм.
– Они явно ошибались, господин, – тактично ответила Изабель.
Он рассмеялся.
– Нет, насчет еды и сна они были правы, и я собираюсь наслаждаться и тем, и другим, пока могу. А насчет того, что я ничего не добьюсь… Я слышал разные мнения и пришел к выводу, что лишь немногие из них имеют значение, за исключением моего собственного.
– А мое – одно из немногих, господин? – спросила она, осмелев от крепкого вина, которое они пили.
Он кивнул с серьезным видом.
– Определенно, поскольку благодаря браку с тобой я получил свою награду. Королева Алиенора сказала, что мне следует с тобой советоваться по всем вопросам и помнить, что все, что у меня есть, – твое.
– Готова поспорить: ее мнение тоже входит в разряд нескольких, – сказала Изабель, касаясь золотой броши с сапфирам на платье – одного из подарков Алиеноры.
– Да, – тихо подтвердил он. – Я ценю и уважаю королеву Алиенору больше, чем почти всех знакомых мужчин… Но ее совет по поводу брака только подтвердил
мои собственные мысли. Ты мне слишком нужна, чтобы не обращать внимания на твои желания.
Изабель снова сделала глоток из кубка. Конечно, она ему нужна, потому что без нее он никто – по крайней мере, до тех пор пока она не родит их общего наследника. Если ей удастся стать для него незаменимой, то ее мнения будут играть роль сами по себе, и Вильгельм станет советоваться с ней не только из соображений дипломатии.
* * *Всю следующую неделю он жил так, как и сказал: поздно вставал, никуда не торопясь: с удовольствием и неторопливо ел. Он напоминал самого большого, сонного льва в Тауэре. Изабель тоже любила поспать, но у Вильгельма, казалось, врожденная способность к этому и бесконечные возможности, которые значительно превосходили се собственные. Если бы она не слышала рассказов о его подвигах, некоторые из которых стали легендарными, то поверила бы в его ранние прозвища Обжора и Соня. В те немногие часы, когда Вильгельм не спал и не ел, он с удовольствием гулял по прекрасному саду в Стоуке, вдыхал аромат цветов, слушал, как бард поет ирландские песни, и сам тоже пел. У него оказался прекрасный голос. Ои играл с ней в шахматы и смеялся, когда она выигрывала. Он рассказывал ей о турнирах и