Величайший рыцарь стр. 218
плечи, – Изабель поняла, что они представляют себя серьезными рыцарями на вылазке, и улыбнулась. Она подумала, не стоит ли ей вздернуть подбородок и попытаться выглядеть властной, надменной и высокомерной дамой благородного происхождения, но, поскольку смотреть на нее было некому, за исключением мужа и оруженосцев, это показалось глупым.
– Прости, если я пока был для тебя скучным спутником, – сказал Вильгельм, когда они ехали вдоль края поля. Потом они свернули в лес. Лучи солнца пятнами проникали сквозь кроны деревьев. – В твоем возрасте я бы не обрадовался, если бы меня похоронили в глуши с мужем, который спит большую часть времени.
– Это правда, что вы много спите, – сказала она, рассудительно нахмурившись. – Но моя мама всегда говорила, что сон хорошо помогает в лечении, а я думаю, что вам он требовался.
– Гораздо больше, чем ты думаешь, – тихо произнес он.
Изабель быстро взглянула на мужа, но он смотрел вперед на тропу.
– Я думаю, что знаю, – сказала девушка. – О-о, не детали. – быстро добавила она, когда Вильгельм удивленно посмотрел на нее. – Но вы отказываетесь говорить о делах – значит, эти темы слишком болезненные, и вы предпочитаете их не касаться. Вы говорите о незначительных, часто смешных вещах, считая, что таким образом развлечете молодую жену… Они меня на самом деле развлекают, но я не могу быть вашей женой, не зная большего.
Последовало долгое молчание, наполненное стуком копыт, скрипом узды и голосами оруженосцев, которые спорили о каком-то приеме. Вильгельм явно колебался, затем вздохнул.
– Если я не раскрыл перед тобой свою жизнь, то это потому, что не хотел взваливать на тебя груз, не зная, сколько ты способна вынести.
– А как вы узнаете, не испытав меня? – спросила Изабель. – И как я узнаю?
Он мрачно улыбнулся.
– Может, я пытался все подавать слишком мягко и постепенно.
– Как с лошадьми?
В его глазах появились веселые искорки.
– Если так, то, похоже, у меня не очень хорошо получилось, правда? – Мгновение он выглядел задумчивым, потом покачал головой и рассмеялся. – Когда я был очень молодым рыцарем, мне дали коня, который не желал терпеть ни одну узду, – он показал на ремень, идущий к пасти лошади. – Мне пришлось делать узду и удила специально для него, и даже тогда я ездил на нем только потому, что он меня терпел, но не признавал хозяином. Его звали Бланкарт, и он остался не покорен. – Вильгельм задумчиво посмотрел на жену. – Спрашивай у меня все, что ты хочешь знать, и я отвечу, как могу… А если не отвечу, знай: туда я не хочу пускать никого вообще.
Изабель прикусила нижнюю губу.
– Это будет моя новая узда?
– Нет, пусть это будет ярмо, которое с этой минуты объединит нас.
Изабель нахмурилась, думая, не смеется ли он над ней. Его выражение было трудно прочитать, но она должна научиться это делать.
– А-а, – сказала она. – Значит, как пара полов.
– Именно так, – ответил Вильгельм с серьезным видом. – Но надеюсь, что не такие скучные, нудные и тупые.
Они встретились взглядом, и внезапно Изабель увидела, как у мужа по лицу расплывается улыбка. Морщинки в уголках глаз углубились, и