Великие религии мира стр. 284
свои холеные руки и вытер их чистым полотенцем. Почему же ночью он обнаружил, что на них остались кровавые пятна? Он страшно забеспокоился и стал отмывать их, но пятна не исчезали. Чем дольше, тем ярче они становились. И понял он, что теперь должен жить, вечно пряча свои руки.
«Проклятые иудеи!» — крикнул он в ночь и ударился головой о стену. «Проклятое, проклятое племя! Это они, они во всем виноваты! Ненавижу их! Я буду мстить им за этого человека! Что Он смотрит на меня своими глазами? Что Ты смотришь и молчишь? Не я, а иудеи распяли Тебя! Я буду мстить за Тебя этим проклятым иудеям! Всем до одного! Всем до одного!»
— Тише, Понтий Пилат, опомнись! Ведь и Я из них и все близкие мои.
— Ты?! Да... Ты ведь сам иудей... Не напоминай мне об этом! Не смей! Иудеи тебя распяли! Иудеи виноваты!
Ну, конечно, не он. Он вывел к ним Иисуса и, отдавая им, сказал: «Се человек!».
— Что ты сказал, Понтий Пилат? Как понять тебя? Что значит «Се человек»?
— Я сказал то, что сказал.
А потом стражники делали то, что хотели. Все, что хотели.
— Царь! Царь! Где твое царство? Куда подевалось твое владычество? — кричали римские стражники, и били Его, и плевали в Его лицо.
— Сын Божий, спаси себя сам! Ты хотел, чтобы мы раздали все свое богатство, и обещал взамен всемогущество. Где же твое всемогущество?
— Эй, вели моей руке отсохнуть, если ты сын Божий! Смотрите, сухая ли это рука? — И стражник со всего размаху ударил Иисуса по лицу.
А Понтий Пилат сделал все, что мог; он велел написать внизу распятия: «Се Царь Иудейский». Старейшины иудейские сказали ему: «Не так надо писать. Не «се царь», а что он называет себя царем». Но Пилат был тверд. Здесь он настоял на своем.
Глава 22. ГолгофаГолгофа. Лобное место. Открытая площадь, под палящим солнцем три распятия. Два разбойника и Иисус. Люди со времен Каина убивают людей. Но Бога?.. «Господи, я же убил брата моего, а не Тебя!» — сказал когда-то Каин. «Господи! — повторяли за ним сотни и тысячи. — Господи, дай, Господи, укрой, Господи, помоги!» Одинокому Богу, Немому Богу, убитому ими Богу — Тому, у кого отняли плоть, кричали они. Не было у Него голоса, чтобы ответить, не было рук, чтобы дать, не было ушей, чтобы слышать. Было только одно сердце, бившееся всегда за всех. Оно слышало без ушей и видело без глаз. И любовь к людям, и жалость к ним переполнили Сердце, и Оно оделось плотью и приблизилось к людям. Бог стал видим, слышим и осязаем. И тогда люди убили Его со словами: «Мы же убили не Тебя, а Иисуса Назорея».
Голгофа. Теперь она станет центром мира.
Нет, не Бог строит гармонию свою на убитом младенце — мир стоит на распятом Боге. В центре мира — распятие. Те, кто ближе к нему
- распинают, а те, кто дальше, едят и пьют и умывают руки.
— Эй, если ты Бог, сойди с креста! — кричит Иисусу один из висящих рядом.
— Уймись, — говорит ему второй.