Великий диктатор. Книга вторая стр. 11
опять не попал. Меня вместе с Микки запрягли на чистку рыбы. Хоть мы и жили теперь больше половины года в городе, но навыка не потеряли. Вернее, быстро восстановили, когда нас дед турнул со стройки патронного завода на родной хутор. Датчане уехали на свою бывшую родину в поисках рабочих и я, как переводчик стал не нужен. А Микки, вместо того чтобы ждать повозки с кирпичами и их учитывать, повадился бегать купаться в мелкой и хорошо прогреваемой протоке. Деду это быстро надело, и он сплавил мелкого вслед за мной.
Хоть у нас уже были и фабрики, и заводы, и паровозы, от рыбного промысла клан и не думал отказываться. Правда, рыбу теперь ловила парочка наёмных работников, а на разделку привлекали всех свободных родственников.
Корзины с рыбой таскал от лодок Пентти Элстеля, уже официальный жених моей сестры Анью. А за разделочными столами нас работало только четверо. Баба Райли Мюллюмяки, матушка тетки Тууликки, жены моего родного дяди Каарло счищала специальной железной щёткой чешую и передавала рыбу мне и моему кузену Армасу. Мы вспарывали рыбе брюхо и, вытаскивая, сортировали внутренности. Икра отдельно, воздушные пузыри отдельно, а остальная требуха — в деревянные вёдра. И передавали рыбу бабушке Ютте, а та, смотря что это за рыба, или рубила её на куски, или пластала на засолку и копчение.
Микку же поставили на работу с рыбьими пузырями, которые он забирал у нас, прокалывал и, обваляв в смеси соли и перца, раскладывал на противнях. По мере их заполнения, он их оттаскивал к коптильне, где они и вялились, и коптились. В итоге, получалась одна из самых вкусных закусок, которую дед Кауко поставлял во многие таверны уезда и города.
Только-только успели закончить обрабатывать утренний улов, как я был схвачен за руку Пентти Элстелем и утащен им за коптильню.
— Мне надо с тобой поговорить. Серьёзно. По поводу предстоящей свадьбы. И вот, без этих, — он кивнул в сторону Микки и Армаса, которые заметив, что их диктатора куда-то поволокли, прискакали на помощь.
— Это твои будущие родственники, говори при них. Или ты раздумал жениться на моей сестре и решил её бросить? И решил мне это тайно поведать? — наехал я в ответ на парня.
Пентти постоял, подумал, переводя взгляд с меня на пацанов, и что-то, видимо, для себя решив, выдал:
— Да перкеле с ними, пусть слушают. Только не болтают, — и он вопросительно посмотрел на меня, будто ожидая, что я тут же им отдам приказ молчать обо всём.
— О чём, не болтать то? Ты же ещё ничего не рассказал.
— Грр. Хухта. Как с тобой трудно разговаривать. Ты такой скользкий, что…
— Пентти! Хватит ходить вокруг да около! Что тебе надо? — совсем непочтительно прервал я старшего, и усмехнулся, эх, видел бы меня сейчас дед Кауко.
— У меня нет денег на выкуп твоей сестры на свадьбе, и кольца я не смог купить. У меня в городе карман подрезали и все мои накопления украли, — и он, произнеся эти слова, вдруг неожиданно рухнул передо мной на колени и жалобным голосом попросил. — Помоги. Я знаю, у тебя всегда есть деньги. Я отдам,