Великий диктатор. Книга вторая стр. 2
определил сразу он, когда Кристоффер Бондер протянул ему пару патронов. — Ствол переделка. Обрезок из-под «Маузера». Ты где это чудо взял? Или сам решил в оружейники податься?
— Этот пистолет сделал один девятилетний мальчуган-финн.
— О как! Слушай! А его патентовали, ну, пистолет?
— В Финляндии и в унии. А что? Только не говори мне, что хочешь уподобиться Мадсену и украсть идею у этого талантливого ребёнка! Думаешь, раз тебя кинули, то можно и других точно также?
— Эк ты меня, — крякнул старик и покраснел ушами. — Именно про это я и подумал. А выкупить патент этот, если?
— Ой, — тяжело вздохнул мужчина. — Старик, этот мальчишка фактически мой новый хозяин.
— Это как это? — удивился старый мастер. — Вы же в Норвегии жили.
— Жили, а затем компания, на которую мы работали решила переехать в Швецию. И продала часть цехов. В основном тех, в которых мы работали. А их выкупили финны и пригласили нас к себе. Мы съездили, посмотрели, и нам понравилось. Так что можешь поздравить меня. Я теперь директор патронного завода.
— Поздравляю. И как там? Медведей, ездящих на оленях, видел?
— Ха-ха-ха! Нет! Медведей не видел. А на оленей я и в Норвегии насмотрелся.
— А почему ребёнок владеет заводом? Или у них так принято?
— Ну, фактически всем заправляет его дед. Но цеха куплены на деньги этого мальчика. Он, довольно таки известный писатель-сказочник у себя в Финляндии и изобретатель к тому же.
— И что такого он изобрёл, что смог купить часть завода? Вот этот пистолетик? Ха! Да не смеши меня. Какой-нибудь дворянин с золотой ложкой во рту.
— Вон, у тебя на столе бумаги лежат, — указал старику гость на стол. — А скреплены они скрепкой, которую он изобрёл. И не из дворян они, а из крестьян. Как ты и как я.
— Так что насчёт пистолета? Можно с этими финскими крестьянами договориться насчёт, ну, я не знаю, совместного производства, например?
— Вот за этим, я к тебе и пришёл. Поехали со мной. Этому мальчишке нужен учитель-оружейник. И тогда, вы вдвоём, придумаете что-то такое, что заткнет за пояс этого нехорошего генерала Мадсена. Дядька Александр, я вижу, что ты сомневаешься. Но там тебе дадут оклад, жильё и твою любимую работу — делать оружие. Подумай! У тебя есть две недели до моего отплытия.
……
После устроенной мне мамой выволочки за неподобающие поведение при царе, мы ещё некоторое время посидели молча, глядя в окно вагона на проносящиеся деревья.
— Матти, — вдруг ожила матушка. — Извини меня, сынок! Я была всё же не права. Я сейчас посидела, подумала и поняла, что без твоих сказок и придумок сегодняшняя встреча с нашими монархами просто не состоялась бы. И ты был в своём праве, конечно. Но к взрослым всё равно надо относится более уважительно и не перебивать их. — Она пересела ко мне на полку, обняла меня и поцеловала в макушку. — Извини, — чуть слышно выдохнула она, перебирая мои волосы.
— Угум, — пробурчал я, млея под её ласковыми руками. — Ты ни в чём не виновата. Это