Великий и Могучий стр. 110
он вообще попал в эту историю? Зачем ему всё это надо? Есть идеи, Паша?
— Есть. Давай прервёмся всего на пятнадцать минут…
— Паша, прекрати! Тебе уже не четырнадцать лет, а я — не резиновая кукла из секс-шопа!
— На что ты намекаешь? Когда мне было четырнадцать, тут и близко никаких секс-шопов не наблюдалось. И вообще секса у нас не было, если верить телевизору.
— Паша, как в это дело влез гэбист? Думай!
— Что тут думать? Он наверняка имеет в «матюках» своего агента, может, и не одного, а мы наступили этому агенту на хвост. Вот полковник и засуетился.
— Ты слышал когда-нибудь, чтобы гэбня защищала
своих сексотов? Я — нет!
— Спецслужбы вообще стараются не афишировать свои действия. Так что неудивительно, что мы о них почти ничего не слышали.
— Хорошо, тогда скажи, кому мы так больно наступили на хвост, что полковник решил вмешаться?
— Еврею. Гринбергу. Он перепугался, что я устрою погром, причём начну с него.
— А если серьёзно?
— Злоумышленнику, естественно. Он решил, что Верховный Маг Северного Космоса видит его насквозь, и запросил помощи у своего куратора.
— Паша, вот хоть режь меня, не верю, что наш злоумышленник для гэбиста — обычный сексот!
— Не хочу я тебя резать! Я хочу…
— А необычность его наверняка в том, что полковник ему зачем-то помогает стать директором! Вот зачем это гэбисту, не знаешь?
— Знаю. В «матюках» гуляют немалые левые суммы. Сейчас процент с них имеет Лысый. Если эта парочка, лингвист с гэбистом, успешно провернёт свой гешефт, то еврей станет директором, а полковник уберёт оттуда бандитов. Это ему вполне по силам. Долю Лысого поделят, или же она целиком перейдёт бравому офицеру спецслужб. Считаешь, ему нужен ещё какой-то побудительный мотив?
— Паша, ты прав, как всегда. Значит, они работают в тандеме. Полковник оказывает своему протеже любую мыслимую помощь. А какую именно? Что сейчас может ФСБ?
— Учитывая, кто у нас у власти, я бы сказал, что ФСБ сейчас может всё. Но только там, где их действия не мешают другим спецслужбам.
— Вот! В «матюках» они ничего открыто сделать не могут. А могут ли они обеспечить, чтобы из Москвы не прислали своего человека в директора?
— Лебедев говорил, что это могут сделать масоны. Уверен, что наши спецслужбы на своей территории уж наверняка способны на большее.
— Какие ещё масоны?
— Ну, эти… Иудеи. Друзья и родственники незабвенного Гринберга.
— А, ну да. Значит, если полковнику помогут коллеги, он это сделает, а вот справится ли он один?
— Они все друг другу помогают. А если он ещё и поделится с коллегами долей Лысого, то действовать в одиночку ему не придётся.
— Неужели всё продаётся? Даже в спецслужбах!
— Оглянись вокруг, Ниночка, оцени происходящее, и сама ответь на свой вопрос.
— Не хочу. Некоторым вопросам лучше так и оставаться без ответа. Мне вот ещё что в голову пришло. Полковник не встречается лично с этим своим сексотом. Иначе люди Рогова уже знали бы, кто он, и бравый капитан прыгал бы до потолка от счастья. Это дело для него явно очень важно.
— Кирилл сказал, что Рогов ещё ни одного своего дела до ума не довёл. Так что ты права. Они не виделись и не общались по обычным телефонам, а то