Великий Моурави 1 стр. 256
Квливидзе.
- Этот раз, думаю, тоже врагами уйдут... План мною точно обдуман... О
Картли мои помыслы... Вам не понять... Хотите знать еще? Назад не вернусь и
вам не советую: Шадиман знает все... У него тоже совещание. Князья
вооружаются, все враждующие примирились для уничтожения азнауров. Хотите быть
перерезанными?.. Разойдитесь по домам и ждите гостей.
- Георгий, почему раньше так не говорил? - удивлялся Гиви.
- Не говорил? - внезапно вспылил Димитрий. - Тебе, видно, орел в ухо
полтора часа...
- Может, не только ему, - хладнокровно вставил Даутбек, - кажется, всем
видно было, на какие нужды Георгий монеты, как солому, крошил. Значит,
хозяйство расширять, богатеть скотом, оружием, землей вам нравилось? Тогда
не интересовались - персидские это монеты или Георгий их в лесу собирает?
Не интересовались - народ тоже будет чурек с сыром есть или будет радоваться,
что вы только едите?
Георгий,повертел в руках шашку Нугзара и снова повесил ее на ковер.
- Утешать не хочу, азнауры, много крови прольется... Вы правы, думать
надо долго... Но рассчитывал - уже несколько лет думали... А если еще хотите
думать, даю три дня... Завтра состязание, послезавтра джигитовка. Базар
полон шадимановскими лазутчиками, будьте осторожны, разговаривайте только
здесь, в замке нет опасности...
Через три дня возбужденные и почему-то радостные пятнадцать азнауров
во главе с Квливидзе вручили Георгию свою жизнь, достояние и судьбу
семейств...
Но двадцать пять азнауров, потомственных церковных и разбогатевших при
помощи Саакадзе, покинули Носте, даже не простившись.
Первыми ускакали Гуния и Асламаз.
Этот предательский удар в решительный момент Саакадзе принял как
предостережение бороться не только с князьями, но и с влиятельными азнаурами,
которые никогда не пойдут на риск, никогда не поставят под удар свое
положение и благосостояние.
"Нет, не с этими пустыми людьми я вступаю на борьбу с князьями за
освобождение Картли. - И тут же подумал: - Но тогда с кем? А разве не
остались лучшие?
Пусть нас будет меньше, как при Сурамской битве. Разве Татар-хан не был
хорошим полководцем? Значит, победит не тот, у кого больше шашек, а тот, у
кого вернее цель и острее оружие. И я знаю - за мной пойдет весь картлийский
народ... "
Глухо слышались толчки нарастающего столкновения. По Картли бегали
шорохи, летели вести, будоража деревни. Восстание назначено в мае. За
закрытыми воротами Носте бурлит жизнь. Прячут ночью привезенное из Тбилиси
от амкаров оружие, прячут коней, обучают беглых крестьян.
Саакадзе запретил оставшимся в союзе азнаурам менять образ жизни: они
до последней минуты должны быть вне подозрения и только двадцать пятого мая
явиться со своими дружинами на место, назначенное Георгием.
"Барсы" выехали в Метехи. В Картли было спокойно...
Шадиман три дня пробыл в своем замке. Хозяйства не осматривал, оно и
так под управлением Отара было в блестящем состоянии.
По заранее разосланному тайному приглашению собрались все именитые
князья. Первый раз приглашен и Леон Магаладзе: ближе к Носте находится...
Шадиман подробно описал положение:
- Уже нет деревни, откуда не бежал бы к Саакадзе народ. Он раздает
землю, хозяйство, выкупает за шерсть, шелк и монеты месепе и переводит их у
себя в глехи. Откуда столько денег? У него народ свободным живет. Если хочет,