Великий Моурави 1 стр. 254
с Шадиманом сговорился.
Вдвоем бы царствовали. До пределов древней Грузии раздвинул бы я границы
Картли, все грузинские царства объединил бы, как при Давиде Строителе было.
Два человека: один - Моурави, держащий всю страну вооруженной рукой, угроза
магометанам; другой - правитель, опора князей, держащий внутренние дела
царства и царя рукой железной... Да, азнауры, если бы о себе думал, два
человека царствовали бы в Картли, а третий только бы думал, что царствует...
О родине мои помыслы, о всей Грузии. На большое дело вас позвал,
азнауры. Не может сокол летать с подрубленными крыльями. Не может Грузия
дышать, растерзанная на части. На дело объединения всех грузинских царств и
княжеств позвал я вас, азнауры.
- О каком объединении говоришь, Георгий? - изумился пожилой азнаур.
- С имеретинским царством...
- С имеретинским?! - вскрикнул Асламаз. - Имеретины сами не пойдут.
Давно из-за Ликских гор с Картли спорят.
- Потом с кахетинским!..
- С кахетинским? - рассмеялся церковный азнаур. - Как раз сейчас не
очень дружим.
- С Гурией!..
- А Гурия нам на что?! - буркнул Квливидзе. - От них даже капли вина
никогда не получишь.
- С Самегрело!..
- С Самегрело?! - нахмурился княжеский азнаур. - Все время с Гурией
дерется, кроме голого зада ничего
не осталось.
- С Самцхе-Саатабаго!..
- С Саатабаго?! На что тебе эти грузинские турки? - рявкнул Гуния.
- И, наконец, с Абхазети!
- Спасибо, дорогой! - воскликнул Микеладзе. - Пока до этого соседа
доедешь, конь в ишака превратится.
- Никто не пойдет на объединение с Картли! - взвизгнул Гуния.
- Мы не царей и княжество, а народ будем объединять. А с помощью народа
все короны опять перельем в одну корону. Думаю, Луарсабу понравится такое
украшение.
Азнауры вскочили, заспорили, перебивая друг друга.
- Одна Картли против Турции и Ирана не устоит! - грозно крикнул
Саакадзе.
Спор оборвался. И в наступившей тишине Георгий продолжал:
- Довольно врагов своей кровью поить. Силу только силой возьмешь!
Необходимо собрать всю Грузию, как было при царице Тамар: "От Никопсы до
Дербента". Вспомните, сколько врагов вторгалось в наши пределы? Арабы
разрушали города, хазары грабили Тбилиси, сельджуки огнем задушили Картли,
монголы растоптали нашу родину своими конями. А что делали в это время
могущественные князья? Друг с другом воевали, предавали друг друга врагам, а
потом все вместе врагу в ноги кланялись. А теперь, азнауры, мы призваны
взять судьбу Грузии в свои руки. Гордиться должны! Довольно ползали рабами,
пора победителями скакать.
- Георгий, что ты задумал?! - полуиспуганно, полувосхищенно вскрикнул
Квливидзе.
- Задумал Грузию сделать сильной, задумал, чтобы ни Иран, ни Турция, ни
кто-нибудь другой не перешагнул бы нашу границу. Помните, за нашими горами у
нас нет друзей. Сколько раз в овечьей шкуре приходили, а потом волчьи клыки
скалили. Дань брали и шелком, и шерстью, и золотом, и людьми и никогда не
успокаивались, и никогда не успокоятся.
- Вот Георгий Десятый хотел с далекой Русией дружить. Русия -
единоверная, - вставил Гуния, вспомнив высказывания отца Феодосия.
- А кто говорит - не единоверная? - нахмурился Саакадзе. - Грузия и
Русия еще встретятся на общем пути, но сейчас Русия сама нуждается