Библиотека

Великий Моурави стр. 252

Размер шрифта
-
+
Тема

почестями и богатством гонял я

коня через бранное поле, затянутое кровавым туманом... О величии родины мои

помыслы, и ей клянусь в сыновней верности. Нет, не пристало мне снимать с

Багратиони многовековый венец. Народ Картли указал мне дорогу, и какие бы

крутизны ни предстали на моем пути, я пойду до конца... Я, Георгий Саакадзе,

- лишь "первый обязанный перед Родиной".

С глубоким уважением взирали старейшие на Великого Моурави. Кто из

князей отказался бы? Только теперь они оценили обращение его к ним за

воинской помощью. Анта Девдрис гордился дружбой с богатырем воли и мысли.

Он, Анта, больше не настаивал, ибо знал - это ни к чему. Но остальные

хевисбери еще пробовали убеждать, уговаривать.

Моурави поднялся и дружески просил оказать честь его скатерти.

До поздних огней, зажженных в оленьих рогах, длилась кунацкая еда.

Несмотря на обилие съеденного и выпитого, никто не отяжелел мыслью, -

слишком необычно было время.

Саакадзе воспользовался случаем еще теснее сблизиться с этими суровыми

воинами, поклоняющимися чистому огню и владеющими волей гор. Он просил их

остаться погостить в его доме, побывать на Дигомском поле, присмотреться к

обновленному Тбилиси...

Шепчутся в Тбилиси, изумляются, не верят. "Что делать? Радоваться или

горевать? Что будет? Что будет?" Амкары, купцы совещались с Даутбеком,

Ростомом. "Барсы" советовали отправиться со знаменами в Метехи - просить

правителя не бросать царства. Пусть все тбилисцы умоляют благородного

правителя.

Примчались из Мухрани дед, дядя, братья родные и двоюродные... Все было

кончено: Мухран-батони обратно слова не берут...

В палату мдиванбегов, совещающихся четвертый день, пошел старый

Мухран-батони. Он с достоинством напомнил, что князья трижды жаловали в его

владение просить Кайхосро на царствование, он, глава фамилии Мухран-батони,

не соглашался на их просьбы, но надо было помочь Картли. И он, верный сын

царства, согласился отдать внука на мученичество, благоразумно отказав в

венчании на царство и говоря, что если за три года не явится законный царь,

то Кайхосро возложит на себя венец. Благодарение богу, законный царь из

династии Багратидов-Багратиони пожелал вернуться на свое царство, а Кахети и

Картли сейчас едины. Пусть же создатель благословит путь богоравного...

Но чей плач и мольба перехлестывают через высокие стены Метехи? Почему

амкары, купцы со знаменами толпятся у моста? Откуда столько народа на

улочках?

"Барсы" радовались: им удалось устроить лестный для фамилии

Мухран-батони народный плач.

Моурави приказал открыть ворота. В царский замок хлынул народ. Во главе

фамилии, придворных, князей на площадку башни вышел правитель Кайхосро.

Заколыхались знамена, картлийцы преклонили колена, молили царственного

правители не покидать их. Рыдали старики, молодые, простирая к небу руки,

благословляли час, когда правитель благородно и справедливо начал владеть

Картли.

Пришли философы, зодчие, сказители, книжники и звездочеты. Пришли от

азнауров Квливидзе, Даутбек, Сулханишвили, Асламаз, Гуния, заклинали святым

Георгием, упрашивали, убеждали...

Растроганный Мухран-батони благодарил толпу и громко повторил народу

сказанное мдиванбегам. Его внук, доблестный Кайхосро, принял на себя титул

правителя на время. Но вот возвращается благословенный царь Теймураз, и

пусть каждый, желающим процветания Картли и Кахети, присягает законному

царю. Он, старый владетель Самухрано, сделает это первый, как первый

предложит свой меч и сердце царю объединенных царств.

Мягко, убедительно говорил Кайхосро: "Пусть народ разойдется и

готовится к встрече царя Теймураза".

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.