Венганза. Алый рассвет стр. 6
но железные пальцы сомкнулись на его запястье. Алехандро смотрел на него сверху вниз, Толо умирал от ужаса под этим взглядом. А потом, не произнеся ни слова, страшный человек схватил его за шиворот и поволок из бара. Это был конец.
– Не убивайте меня, пожалуйста, синьор Алехандро, – лепетал воришка. – Я виноват, простите, только не убивайте!
Ни единая живая душа не пришла на помощь. Толо болтался в сильных руках как мокрое белье на веревке, мечтая потерять сознание. На улице Алехандро все так же молча, но без брезгливости, к которой уже привык незадачливый карманник, рассмотрел парнишку, подтащив поближе к фонарю. Толо воспрянул – его не бьют, взмолился:
– Молю о пощаде, синьор! Я сделаю для вас что угодно! Хотите, почищу вам ботинки? Только не бейте!
Алехандро ослабил стальную хватку и Толо упал на колени, прикрывая голову. Однако никто не спешил чинить над ним расправу.
Не сказав ни слова, Алехандро развернулся, и пошел прочь. Толо осторожно выглянул из-под локтя. Кажется, боги смилостивились над ним! Этот страшный человек мог бы прихлопнуть его, как надоедливую мошку, но даже не ударил. " Благодарение Святой Деве" – забормотал Толо, пытаясь сотворить трясущимися руками знак Святых Весов. Встал, отряхнулся и побрел по улице. Вечер еще только подступал, впереди целая ночь, когда другие будут пить и веселиться, а он – страдать от одиночества. Эх, дернула же его нелегкая обворовать ту толстую шаманку! Теперь мучайся с этим проклятьем, будь оно неладно. Мечта любого вора – быть незаметным. Вот Бартоломео и стал незаметным, как мышь. Его лица никто не помнил, ему стоило огромных усилий обратить на себя хоть чье-то внимание. Казалось бы, куда лучше? Хоть открыто тащи, что приглянется. Только другой стороной проклятия стало невезение. И бродит теперь по улицам городка Толо, незаметный и очень неудачливый вор.
Погруженный в свои мысли, он отправился в странствие по тихим старым улицам, в той части города, где мало случайных прохожих, когда непреодолимый зов природы заставил его нырнуть в темный проулок.
– Журчат ручьи, – напевал Толо, пристроившись за мусорным баком.
Звук приближающихся шагов заставил его быстро закончить все дела. А вдруг это хозяин дома заметил его и сейчас устроит взбучку? Бежать некуда – впереди тупик! Толо, молясь всем богам, втиснулся рыхлым тельцем между холодной кирпичной стенкой и мусорным баком. Он едва дышал от страха, и запах тут был просто ужасный. Толо ничего не видел в темноте, только слышал шаги. Подошли двое. А потом знакомый хрипловатый голос произнес:
– Здесь это произошло?
Говорил тот самый страшный синьор Алехандро, без сомнений.
– Да, – Толо не узнал по голосу второго мужчину.
– Что ты сумел выяснить, Следопыт?
– Версия про перестрелку – чушь, – собеседник Алехандро говорил негромко, но уверенно. – Выстрел был всего один. С близкого расстояния. Из улик только болт… Слишком много суеты вокруг простого музыканта. Сожгли тело, запугали горожан. Если кого-то убивают люди Дона Фернандо Гарсии, все и так знают, что идти в комиссариат опасно, картель быстро затыкает болтливые рты.
– Мне не ясен мотив. Чем Мигель мог помешать картелю?
– Чило и Миро часто приглашали Мигеля играть с ними, а они – мулы Панкрасио Перро* (perro – исп. пёс) – самого зубастого из боссов картеля. Работают курьерами,