Верни мои веснушки стр. 68
Позволить себе струсить Тайка никак не могла. Поэтому с опаской пошла вперед, выглядывая плаксу. И потрясенно замерла – она и со спины узнала бабу Машу.
Вредная старуха стояла, прижавшись толстым животом к перилам моста, и выла в голос. При этом раскачивалась, несвязно бормотала что-то себе под нос, трубно сморкалась и опять выла.
Тайке стало не по себе. Она почувствовала себя настоящей преступницей. Ведь что получалось? Сама она переживает из-за обычных веснушек, вон, нашла способ и от них избавиться, а несчастную старуху наградила диким красным горохом!
Бабу Машу с ним и в цирк не возьмут.
И врачи ее выгонят. Решат –
сама намалевала. Еще и в сумасшедший дом отправят, раз до такого дошла.
Конечно, баба Маша – ужас какая противная! Но горох на носу – это ведь навсегда. Это неправильно. Несправедливо. Вдруг баба Маша когда-нибудь исправится?
Тайка озабоченно сдвинула брови – придется вернуться к первоначальному плану.
И все-таки избавить бабу Машу от горошин на носу.
«Хорошо, что я Весту из деревянной рамки вынула, – с облегчением подумала Тайка. – И ненужную сторону правильно картоном прикрыла, а то бы Веста мигом подсуетилась и что-нибудь накаркала, она это любит…»
Тайка почти на цыпочках приблизилась к горюющей старухе и осторожно коснулась ее спины. Баба Маша подпрыгнула от неожиданности! Бедный мост загудел, весила она ой как немало.
Баба Маша прикрыла нос огромным носовым платком и обернулась. Увидела Тайку и гнусаво прошамкала:
– А-а, это ты…
– Ага, – не стала отрицать очевидного Тайка. – Здравствуйте.
– Ну, здравствуй, коли не шутишь.
Тайка встала рядом и с преувеличенным интересом уставилась на воду. Ей не хотелось, чтоб баба Маша так суетливо прятала свой смешной нос.
Баба Маша тоже молчала. Громко сопела, старательно давила всхлипы и звучно сморкалась в клетчатый носовой платок.
Тайка кашлянула и в тоне «светской» беседы сказала:
– А у нас в классе девочки новую игру придумали.
– Да-а? – неискренне удивилась баба Маша.
– В нее не только наш класс играет, – доверчиво сообщила Тайка. – Она многим нравится.
Баба Маша, как Тайка и рассчитывала, решила поддержать мирный разговор. Покосилась на Тайку заплаканным глазом и просипела:
– И какая ж игра? Небось ничего хорошего? Беготня да всякое хулиганство, чего ж вы еще выдумаете?
– Вовсе нет, – обиделась Тайка. – Очень тихая игра. С зеркалом.
Баба Маша мгновенно насторожилась. Укутала нос платком и уже в упор посмотрела на невозможную соседскую девчонку.
– Это как – с зеркалом?
– Ничего трудного, – охотно пояснила Тайка. – Каждая делает себе зеркальце. Маленькое и кругленькое. Только одно условие – чтоб оно ничего не показывало.
– Что ж это за зеркало, раз ничего не показывает? – возмущенно пробасила баба Маша, припомнив свои недавние муки.
– А мы играем, что оно волшебное, – весело воскликнула Тайка. – Вот, смотрите!
Она вынула из кармана Весту. Крошечные глаза старухи едва из орбит не вылезли, так внимательно баба Маша впилась глазами в крохотное зеркальце. Но сходства с пропажей не углядела и разочарованно протянула:
– Ну и напридумывали!
Тайка поднесла зеркальце к лицу старухи и спросила:
– Вы себя видите?
Взгляд бабы Маши снова стал острым. Она так уставилась в зеркальце, словно хотела продырявить его насквозь.
Тайка едва слышно шепнула:
– Пусть ее нос станет, как прежде!
– Что ты сказала? – встрепенулась баба