Видали мы ваши чудеса! стр. 21
я точно не усну», – подумала Дарёна.
И соскользнула в глубокий сон.
* * *Проснулась Дарёна от бодрого, властного голоса Горыни:
– А я говорю, дедко Деян: крась рожу сейчас! На плотах споем, плотогонов позабавим – они говорили, этот кусок пути легкий. Когда людей потешаешь, в правильном виде надобно быть! А к вечеру высадят нас у Плешивой косы. Дойдем до Сбитеневки, там поработаем за ужин и ночлег, так что изволь быть размалеванным. Ранним утром двинемся к перевозу – и к обеду будем в Звенце… Я раскрасился, Нерад раскрасился, один ты капризничаешь, как боярышня перед смотринами!
– Может, еще и Матрёну в шкуру прямо здесь упихаем? – строптиво возразил старый Деян.
– Матрёна нарядится перед Сбитеневкой, ей на плоту в медвежьей шкуре не плясать… Живо крась харю, не то опоздаем, уйдут плотогоны!
Дарёна проворно скатилась с печки и кинулась в ноги вожаку скоморохов:
– Дяденька Горыня, сделай доброе дело, возьми меня с собою на плот! Скажи плотогонам, что я из ватаги! Очень надо мне поскорее в Звенец!
Горыня чуть подумал и ответил:
– Ежели бы я плотогонам платил за каждого скомороха, с головы, то я бы тебя, милая, не взял. Я деньги на ветер не бросаю. И колодец до дна вычерпывается, не то что наш тощий кошель… Но раз я уговорился о плате за ватагу, то человеком больше, человеком меньше… Только имей в виду: ты с нами лишь до перевоза. Перевозчик-то как раз с головы берет плату.
– Спасибо, дяденька Горыня! Авось уговорю перевозчика меня даром перевезти!
– И еще: как придем в деревню, что по пути лежит, ты там с нами будешь петь и плясать. Сумеешь?
– Расстараюсь, дяденька Горыня!
Только теперь она подняла глаза на скоморохов.
Они и впрямь были забавно размалеваны. У Горыни одна щека была в красной глине, другая – в синей. А гибкий невысокий Нерад обе щеки сделал желтыми, вокруг губ нарисовал алую широченную улыбку, а на правой щеке изобразил синюю большую слезу.
Подошла хозяйка, протянула Дарёне сверток из чистой холстинки:
– Ты, маленькая, вчера ночницу спугнула. Я тебе за это кусок окорока на дорожку отрезала, возьми!
– Ой, спасибо, Калина Баженовна! А Демьяша остаток ночи спокойно проспал?
– И сейчас спит, да еще во сне улыбается!
– А та… старуха… где она?
Калина посерьезнела:
– Ушла почти что затемно… Знаешь, маленькая, она напоследок странные слова сказала. Остановилась возле печки, глянула на занавеску, за которой ты лежала, и негромко так сказала: «Ну, спи, спи. Увидимся еще…» Вот ты понимаешь, про что это она? Я бы тебе, маленькая, такой встречи не пожелала!
Побледневшая Дарёна медленно кивнула. Она тоже не пожелала бы себе такой встречи.
5. КладовикТруднее всего Незване было раздобыть лопату.
Нет, объяснить в крошечной деревушке (всего-то три двора), куда путь случайно вывел Незвану, откуда она здесь взялась – в лесу, на правом берегу Блестянки! – тоже было непросто. Ведь дорога-то ведет по левому берегу Блестянки. Именно на левом берегу, ниже по течению, стоит городок Звенец. А на правом – только лес.
И вдруг выходит из лесу в деревеньку путница!
Наврать-то, конечно, Незвана наврала. Поведала про то, как по Медвежьему тракту ехала к родне с небольшим купеческим обозом. Про то, как налетели