Библиотека

Викс : Книга 2. Ключник стр. 79

Размер шрифта
-
+
Тема

так — разило, как из помойного ведра — порубленные и изъеденный пятнами кислоты доморощенные доспехи поверх грязных, окровавленных лохмотьев вместо одежды, запекшиеся по всему телу шрамы в коросте болячек, там, где достали когти и кислота. Больше всего, само собой, пострадали руки и лицо. Красавец такой, что хоть сразу выставляй на конкурс… лучшего бомжа локи. Оставалось себя утешать избитой шуткой, что до сантиметра грязь — не грязь, а после сама отвалится.

— И что это такое на тебе? Где ты это взял? — висевший на поясе меч в потертых ножнах сам собой прыгнул охтану в руку, мгновенное, как выстрел, движение, и кончик клинка бесцеремонно процарапал мой кустарный, покоробленный от схваток панцирь на груди, так же стремительно поочередно коснулся наруча и наголенника. И змеей юркнул обратно в ножны.

Я хотел ответить, но почему-то не смог выдавить ни слова. Тело буквально оцепенело от чудовищной усталости. Мысли и то едва ворочались в голове неподъемными валунами. Взгляд невольно сместился на тушу животного, валявшегося у костра. Один из тех самых "сонных порков", на которых моя группа охотилась днем — помесь хвостатой белки с кротом, размером с упитанную овцу. Эти чудики прекрасно приспособились к жизни в снегу и большую часть времени проводили в спячке, спасаясь от холода. Но стоило вспугнуть — и нора словно взрывалась снегом, и лишь меткие выстрелы пращников успевали достать животину раньше, чем она удерет с сумасшедшей скоростью в свое светлое будущее — то есть подальше от загребущих лап охотников. Эта туша была оставлена специально для ночной смены, остальную добычу кобольды давно уволокли в крепость на прокорм прочей братии.

— Это же запах логова, — Молек тоже подошел и удивлено принюхался, сморщив плоский нос. — Он логовом пахнет! Как…

Похоже, до всех дошло одновременно и охтаны молча скрестили на мне взгляды. Глаза их как-то странно подрагивали. Так у них выглядит удивление?

— Неплохо для новичка, — прервал повисшее было вновь молчание Молек. — Выглядишь жалко, но четыре уровня и подросшие петы говорят за себя. Человеки — занятная раса. Без вас здесь стало скучно. Вечно что-нибудь выдумываете. — Он коснулся носком сапога моего наголенника. — Где твой уник? Шмот заныкал или потерял? И что ты пытался сделать с дионисом? Заговорить до смерти? Запомни — у них с нами вражда. Без вариантов. Не ударишь ты — ударят они.

Что-то в этом рассуждении мне показалось неправильным, противоречащим увиденному. Но мысль мелькнула и пропала, растворившись в атаковавшей мозг усталости.

— Оставь его, он не в себе, — бесстрастно вмешался Карастер, прервав поток вопрос главаря. — Лживые коротышки бросили его подыхать, лишь бы успеть на вечернее развлечение.

Блуждающий по залу взгляд случайно зацепился за рисунок на стене, выведенный углем — Чупа творила его в свободное от общественных обязанностей время. Танцующая фейри. Тонкие линии и штрихи, искусно нанесенные углем на неровную каменную поверхность… У Чупы определенно имелся талант. В отблесках колеблющегося пламени от очага рисунок казался живым, еще немного — и фейри взмахнет нарисованными крылышками и взлетит… Мне вдруг стало абсолютно все равно, что еще охтаны скажут. Зря я все-таки сел. Откат после пробежки и логова все-таки меня догнал и сломил последнюю волю к сопротивлению, веки отяжелели свинцовыми плитами, свет начал меркнуть, а сознание неудержимо поплыло в темноту…

Рык Фурии донесся, словно из бездонной бочки, а затем голова мотнулась от хлесткой пощечины, рывком вернувшей окружающий мир обратно. Не успел я возмутиться, как Карастер прижал к моим губам горлышко фляги и заставил сделать глоток. Освежающий вкус частично прогнал сонливость, теплая бодрящая волна растеклась по пищеводу. Я невольно потянулся к фляге руками, но Карастер тут же отступил на шаг, возвращая флягу на пояс. Свой акт доброго самаритянина он явно выполнил, и второго дармового глотка просить не стоит. Лишь потеряю те крохи уважения… даже не уважения, а внимания, но без неприязни, которые возникли, когда они поняли все про логово. Нейтралитет — лучше, чем вражда… Нейтралитет… Чем-то это слово зацепилось за край сознания, но дальше мысль снова не пошла.

Действие "Кровотечения" прекращено.

Тепло от костра и глоток зелья сделали свое дело, рана на бедре все-таки перестала сифонить кровушкой, хотя и продолжала ныть не по-детски.

— Зверя своего можешь накормить, мы свое с туши уже вырезали, — бросил Карастер, потеряв ко мне интерес и вновь усаживаясь на свой камень.

Фурия ждать себя не заставила. Набросилась на тушу порка с той же яростью, с какой дралась с бесами в логове, раздирая когтями и клыками. Бар жизни

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.