Виннету – вождь апачей стр. 54
следует серьезно обсудить с Бэнкрефтом.
– Может быть, найдется какой-нибудь выход?
– Какой же?
– Мы могли спрятаться в безопасное место, а когда апачи вернутся домой, окончить работу.
– Это, может быть, удастся устроить… Посмотрим, как к этому отнесутся остальные. Нам нужно спешить, чтобы еще до наступления ночи попасть в лагерь.
Мы возвращались по той же самой дороге. Хотя мы не жалели своих скакунов, мой чалый не чувствовал никакой усталости и Мэри бежала так бодро и легко, как будто ее только что выпустили из конюшни. За весьма короткое время нам удалось значительно приблизиться к лагерю. Достигнув какой-то маленькой речонки, мы решили устроить привал, чтобы
напоить животных и самим отдохнуть часок. Мы соскочили со своих скакунов и растянулись на мягкой траве, окруженные со всех сторон кустарником.
Успев хорошенько наговориться в пути, мы лежали, на нарушая царившего кругом молчания. Я думал о Виннету и предстоящей схватке с апачами, между тем как Сэм мирно спал. Я видел, как равномерно приподымалась и опускалась его грудь. За прошлую ночь ему не удалось хорошенько выспаться, поэтому, полагаясь на мою бдительность, он решил наверстать упущенное.
Во время этого привала мне лишний раз пришлось убедиться в том, как тонко развиты зрение и слух у животных и у людей на Западе. Мул Сэма забрался в кусты так, что его оттуда не было видно, и обгладывал листья с ветвей. Он был весьма необщительным животным, избегал лошадей и предпочитал одиночество. Чалый находился недалеко от меня и щипал траву своими острыми зубами. Сэм, как я уже упомянул, спал.
Вдруг мул как-то странно, и я бы сказал, предостерегающе, фыркнул. Сэм моментально проснулся и вскочил на ноги:
– Сюда кто-то идет: либо человек, либо зверь. Где мой мул?
– Там в кустах. Идемте туда.
Мы пробрались в кустарник и увидели Мэри, которая осторожно выглядывала из-за ветвей. Она оживленно двигала длинными ушами, и ее хвост ни минуты не оставался в покое. Увидев нас, она успокоилась: хвост и уши у нее перестали двигаться. Сэм мог быть счастлив, что вместо лошади поймал этого вышколенного умного мула.
Посмотрев сквозь кустарник, мы заметили шесть всадников, приближавшихся с севера по нашим следам. Это были краснокожие.
Находившийся впереди отряда индеец был невысокого роста, но зато крепкого мускулистого телосложения. Он ехал с опущенной головой и, казалось, не отрывал взгляда от наших следов. На краснокожих были надеты кожаные штаны и темные шерстяные рубахи. Вооружены они были ружьями, ножами и томагавками. Их лица лоснились от жира, и поперек лица у каждого шла красная и синяя полоса.
При появлении этих всадников мною начало овладевать некоторое беспокойство. Сэм же, казалось, чувствовал себя прекрасно. Ничуть не понизив голоса, он обратился ко мне:
– Какое счастливое стечение обстоятельств! Это спасет нас, сэр!
– Спасет? Каким образом? Не угодно ли вам вести себя потише! Индейцы уже близко и могут услышать нас.
– Они должны услышать! Это киовы. Того, что едет впереди, зовут Бао, на их языке это означает «лисица». Он очень храбрый и, главное, хитрый воин, на что и указывает его имя. А их вождя зовут Тангуа, это весьма предприимчивый индеец. Кстати, мы с ними хорошие приятели. Их лица сегодня раскрашены по-военному, нужно полагать, что перед нами разведчики.