Виноваты звёзды 2 стр. 10
в пятнадцать, дома с жутчайшими осложнениями, за беременностью никто не наблюдает… В двадцать пять это уже не женщина, а старуха… Дети умирают от болезней, которые во всем мире успешно лечатся. А жена чихнуть боится без разрешения мужа… Сплошное средневековье…
— Не везде так, — отозвался из-за ширмы переводчик, — просто район неблагополучный. Здесь террористы хозяйничали несколько лет.
— Бедные люди… — Марьяна вздохнула, натянула перчатки и надела маску, — Ладно. Зовите следующего.
В комнату вошла женщина, укутанная с головы до ног чёрное одеяние, оставляющее на виду только глаза. Следом за ней вошёл муж — внушительных размеров мужчина с густой бородой, лет сорока на вид, и опустился на стул, предназначенный для пациентов. Жена осталась стоять рядом.
Марьяна озадаченно посмотрела на странную пару.
— Саид, — обратилась она к переводчику, — поинтересуйтесь, пожалуйста, кто из этих двоих- пациент.
— Мужчина говорит, что у жены несколько месяцев назад появилась шишка на груди и она растет. А сейчас стала болеть.
— Мне нужно осмотреть женщину. Попроси его выйти, пожалуйста. Тут может быть зрелище не для слабонервных.
— Он сказал, что должен знать, что с его женой и поэтому останется здесь.
— А, может, она не хочет, чтобы муж здесь находился? Спроси её.
— Она не станет возражать. И на мой вопрос не ответит. Ей нельзя напрямую разговаривать с незнакомым мужчиной. Эта жена будет беспрекословно подчиняться супругу. Не советую вмешиваться, — заметил переводчик.
— Ладно. Мы пойдем за ширму. Пусть дама раздевается.
Женщина сняла одежду и Марьяна обомлела. Правая грудь была синего цвета и неправильной формы, на ней появились первые признаки распада опухоли.
— Сколько вам лет? — спросила она.
— Двадцать девять.
— Сильно болит?
— Очень. Сделайте что-нибудь…
Девушка покачала головой и отвернулась.
— Саид, я не знаю как с ними разговаривать. Тут уже ничем не поможешь. В России я бы отправила ее на паллиативную терапию чтобы назначили химию и адекватное обезболивание, но в этих условиях я не знаю что делать… Как можно было дотянуть до такого?
— Здесь была война. Люди не имели возможности вовремя обратиться к врачу.
— Позови Дениса Олеговича, пожалуйста. У нас есть наркотические анальгетики, но чтобы их выписать, мне нужно его разрешение.
Орлов вошёл в палатку и тут же напоролся на неприязненный взгляд мужа пациентки. Тот, яростно жестикулируя, что-то быстро заговорил на арабском.
— Он говорит, что ни один посторонний мужчина не смеет посмотреть на его жену. И, тем более, прикоснуться.
— Объясни ему, что сейчас я не мужчина, я врач, — спокойно ответил Денис, — И, если Марьяна Андреевна меня позвала, значит дело действительно серьёзное. Что там, Марьян?
— Онкология в терминальной стадии. У неё сильные
боли. Мы можем выписать наркотические анальгетики?
— В таблетках у нас только трамадол. А он поможет?
— На какое-то время должен. И это лучше, чем ничего.
— Хорошо, выписывай. Я распишусь. Саид, переведи, что вылечить его жену мы не можем, но можем немного облегчить её состояние, — Орлов вышел из-за ширмы и посмотрел в глаза мужу пациентки.
Тот выслушал переводчика и затараторил на повышенных тонах, угрожающе наступая на Дениса.
— Что он говорит?
— Он считает, что вы не только ничем не помогли, но и оскорбили его и его жену, посмотрев на женщину без одежды. Тем самым введя в грех её чистую душу, которая вскоре предстанет