Винтовая лестница стр. 31
Арнольда Армстронга. Теперь настала очередь говорить Хэлси, и мне предстояло получить ответы на все вопросы.
— Я узнал все только сегодня из вечерних газет, — сказал Хэлси. — Меня как обухом по голове ударило: в доме, полном женщин, произошло такое!
Лицо Гертруды оставалось напряженным и бледным.
— Это еще не все, Хэлси, — сказала она. — Вы с… Джеком покинули дом буквально за несколько минут до убийства. Следователь думает, что вам… что нам… что-то известно о преступлении.
— Какого дьявола! — у Хэлси глаза самым натуральным образом полезли на лоб. — Ох, извини, тетя Рэй, но… но парень просто не в своем уме!
— Расскажи мне все, пожалуйста, — взмолилась я. — Куда ты поехал той ночью, или, вернее, тем утром? И почему ты уехал так поспешно? Мы все провели ужасные сорок восемь часов.
Хэлси, уставившись на меня, похоже, начинал постепенно осознавать ужас ситуации.
— Я не могу сказать тебе, куда я поехал, тетя Рэй, — спустя несколько мгновений проговорил он. — А почему я уехал, ты скоро узнаешь. Но Гертруда знает, что мы с Джеком покинули дом до… этого ужасного убийства.
— Мистер Джемисон не верит Мне, — печально вздохнула Гертруда. — Хэлси, если случится худшее, если они арестуют тебя, ты… ты должен все рассказать.
— Я никому ничего не собираюсь рассказывать, — в голосе Хэлси звучали новые для меня металлические нотки. — Тетя Рэй, нам с Джеком совершенно необходимо было уехать той ночью. Я не могу сказать тебе, почему; сейчас не могу. Что же до того, куда мы отправились, то этого я не скажу даже если меня поставят перед необходимостью доказать свое алиби. И вообще, это нелепое обвинение просто нельзя принимать всерьез.
— А мистер Бэйли вернулся в город? — спросила я. — Или в клуб?
— Ни первое, ни второе. — И вызывающим тоном: — В настоящий момент я вообще не знаю, где он находится.
— Хэлси! — Я подалась вперед и серьезно спросила: — У тебя есть хоть малейшее подозрение по поводу того, кто убил мистера Арнольда? Полицейские считают, что Армстронга впустил в дом кто-то из домашних и что его застрелил человек, который стоял на ступеньках лестницы.
— Я ничего не знаю, — упрямо сказал Хэлси. Но мне показалось, что он бросил вдруг какой-то странный взгляд на Гертруду, словно некая мысль вспыхнула в его сознании и тут же погасла.
Как можно спокойнее я рассказала ему все по порядку, начиная от первой ночи, проведенной с Лидди в особняке, и кончая встречей Рози с незнакомцем на аллее. Корзинка — немая свидетельница таинственного происшествия — по-прежнему стояла на столе.
— И еще одно, Хэлси, — сказал я под конец, — я не
говорила об этом Гертруде, но на следующее утро после преступления я нашла на клумбе с тюльпанами револьвер… Твой револьвер, Хэлси.
Некоторое время — и довольно продолжительное — Хэлси непонимающе смотрел на меня. Потом обернулся к Гертруде.
— Мой револьвер, Труда! — воскликнул он. — Но ведь Джек Бэйли взял его с собой, не так ли?
— О, ради всего святого, не говори этого! — взмолилась я. — Иначе следователь решит, что Джек Бэйли вернулся назад и… и тогда все и случилось.
— Но он не возвращался назад, — жестко сказал Хэлси. — Гертруда, когда ты пошла наверх за револьвером для Джона Бэйли, какой револьвер ты принесла? Мой?
Теперь вызывающим