Библиотека

Витька Мураш - победитель всех стр. 82

Размер шрифта
-
+
Тема

чего. А пока гуляйте.

Но просто так гулять никому не хотелось. Мы так и сказали Ивану Сергеевичу. Или пускай дает нам работу, или пойдем в поход.

— Или в поход? — спросил Иван Сергеевич. — Согласен. Вы уже давно его заслужили. Вот только лодок у нас маловато, нужно еще две.

Пришлось опять идти к Евдокимычу.

— Грабите, — сказал Евдокимыч. — Уговора такого не было.

— А вы знаете, как мы придумали нашу лодку назвать? — спросил Батон.

— Ну?

— «Евдокимыч».

— Это в честь чего?

— Потому что вы у нас главный руководитель.

— Главный-то у вас Иван Сергеевич.

— Это — в школе, а на берегу — вы. Он вроде рядового

матроса. Так он нам говорил. А вы — золотые руки.

— Это тоже он говорил?

— Ну да, — сказал Батон.

Батон нахально смотрел в глаза Евдокимычу и плел всякую ерунду насчет того, как хорошо было в школе, когда Евдокимыч был директором.

— Ведь знаю, что врешь, — крякнул Евдокимыч.

Мы все заорали, что не врет. Мы смотрели на Евдокимыча честными глазами и говорили, что таких людей нет на земном шаре.

— Знаю, что врете, — сказал Евдокимыч, — но врете приятно. Берите, вот вам ключ.

Третью лодку мы выпросили у рыбаков.

ПОЛНЫЙ ВПЕРЕД!

Недалеко от пирса стояла мачта с голубым флагом. На флаге были нарисованы якорь и буква «К» — «Катамаран», название нашего клуба.

Палаток на берегу уже не было, мы их свернули и забрали с собой.

Мы вышли на трех лодках. Я плыл на передней, самой большой. У меня было четыре гребца и два пассажира — все ребята. Девчонки отвоевали себе целую лодку, а командиром назначили Наташку Кудрову. В эту лодку сел и директор.

— Мы вас обгоним, Мурашов, — сказала Наташка.

— У нас не гонки, а поход, — ответил я, но Наташка не успокоилась.

— Мурашов, почему ты со мной такой грубый?

— Я со всеми грубый.

— А со мной больше всех.

— Значит, заслуживаешь больше всех.

— Знаешь, Мурашов, — сказала Наташка как-то очень грустно, — иногда я тебя просто ненавижу. Если бы ты был получше, я могла бы с тобой дружить.

— А зачем мне это нужно? — спросил я.

— А кого ты на «казанке» катал? — спросила Наташка.

— Никого.

— Не ври.

— Иди тогда всем расскажи!

— Я никому не говорила, даже девочкам.

— И Кольке не говорила?

— При чем тут Колька? — удивилась Наташка.

— А ты не знаешь?

Наташка посмотрела на меня, как на полоумного, и вдруг засмеялась.

— Ой, не могу! Ты думаешь… Да совсем он мне не нужен, твой Колька. Мне совсем другой человек нравится. Угадай, на какую букву?

— На твердый знак, — сказал я.

Наташка перестала смеяться, и лицо у нее сделалось злое.

— Да, — сказала она, — на твердый знак. На самый твердый, на каменный, на железный, на дурацкий знак.

В эту секунду скомандовали садиться в лодки, и Наташка убежала. До пирса было десять шагов, а она помчалась как угорелая — чуть в воду не свалилась. Чудная эта Наташка! Никак не пойму, чего она ко мне пристает?

Наши лодки плыли одна за другой — след в след. Я сидел на корме; мне полагалось командовать, но ребята гребли нормально — и орать без толку не хотелось.

Море было совсем тихое. На воде плавали облака, но не розовые, как

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.