Властелин замка стр. 26
них.
— Мой сын Арман — отец детей. Жан-Пьер самый старший из них, ему двадцать восемь лет, скоро двадцать девять. Он сейчас у нас главный. Еще есть Габриэль — ей девятнадцать, как видите, разница между ними в десять лет. Я думала, что Жан-Пьер будет единственным ребенком, а потом родилась Габриэль. Потом опять большой перерыв, а затем появился Ив и чуть позже Марго. У них разница в один год. Слишком мало, да и мать была уже не молода.
— Она...?
Она кивнула. Это были тяжелые времена. Арман и Жак, один из рабочих, были на подводе, когда лошади понесли. Оба они сильно
пострадали. Жена Армана, бедняжка, думала, что он умрет и не вынесла этого.
Она заболела и умерла, оставив Марго... ей было только десять дней.
— Как это-печально.
— Трудные времена проходят, мадемуазель. Это случилось восемь лет назад. Сын мой выздоровел и может работать, внук — хороший мальчик, он сейчас действительно глава семьи. Он стал мужчиной, когда нужно было взять на себя ответственность. Что поделать, жизнь такова, — она улыбнулась мне. — Пожалуй, я слишком много говорю о Бастидах. Вы, наверное, уже устали.
— Нет, что вы, все это очень интересно.
— Но ваша работа, должно быть, гораздо интереснее. Как вам понравился замок?
— Я там совсем недавно.
— Вам предстоит увлекательная работа?
— Я еще не знаю, буду ли я ее выполнять. Все зависит от...
— От господина графа, естественно. — Она посмотрела на меня и покачала головой. — Это человек тяжелого нрава.
— Он непредсказуем?
Она пожала плечами.
— Он ожидал, что приедет мужчина. Мы все так считали. Слуги говорили, что приедет англичанин. В Гейяре быстро распространяются слухи. По крайней мере, мы не умеем держать язык за зубами. Мой сын говорит, что я слишком много болтаю. Он, бедняга, не отличается разговорчивостью. Смерть жены изменила его, мадемуазель, это очень печально.
Она прислушалась, и я тоже услышала топот конских копыт. На ее лице появилась гордая улыбка, и оно неуловимо изменилось. — Это, — сказала она, — Жан-Пьер.
Через несколько минут он появился в дверях. Среднего роста, светло-каштановые волосы — видимо, выгоревшие на солнце; когда он улыбался, темные его глаза превращались в щелочки, загорелое лицо имело оттенок темной меди. Было видно, что это человек необыкновенной жизненной силы.
— Жан-Пьер! — сказала женщина. — Это мадемуазель из замка.
Он подошел ко мне, улыбаясь так, будто, как и остальные члены семьи, он был счастлив видеть меня и церемонно поклонился.
— Добро пожаловать в Гейяр, мадемуазель. Очень любезно с вашей стороны навестить нас.
— Это вышло случайно. Ваш младший брат и сестра увидели меня, когда я проходила мимо и пригласили зайти.
— Вот и отлично! Я надеюсь, что это не последний визит. — Он подтянул стул и сел. — Как вам понравился замок?
— Это великолепный образец архитектуры пятнадцатого века. У меня пока еще не было возможности изучить его, но я считаю, что он похож на замки Ланже и Лош.
Он засмеялся.
— Клянусь богом, мадемуазель. Вы знаете о сокровищах нашей страны больше, чем мы, ее жители.
— Вы заблуждаетесь, но чем больше узнаешь, тем больше