Воин Ордена стр. 114
до Лютограда. Понял?
— Так точно, господин капитан!
Поморщившись от моего голоса, Кречет потянул за рычаг лебёдки, а я, махнув им напоследок, ступил в развёрнутую под ногами пустоту. И вновь ощутил уже знакомое чувство свободного падения. За мной с негромким визгом разматывался трос, а я, придерживая его затянутыми в перчатки руками, неторопливо спускался вниз, к раскинувшемуся подо мной замощенному растрескавшейся брусчаткой внутреннему двору. Вскоре я оказался как будто стиснут со всех сторон башнями, могучими стенами, древним камнем, а потом мои ноги, спружинив, коснулись земли и я торопливо отстегнул карабин. Втянув трос, «Икар» медленно набрал высоту и полетел прочь, далее на восток. А я… А я, снедаемый жадным нетерпением и любопытством, с резко вспотевшими ладонями, повернулся к выходящей во внутренний двор двери, на вид очень крепкой, окованной железом, с массивным врезным замком. Возвышающиеся вокруг стены погрузили меня в колодезную прохладу, заслоняя от скатывающегося к горизонту летнего солнца.
Вот я и дома. И, более не раздумывая, уверенно, с трудом сдерживая порыв сорваться на бег, зашагал к двери. Я представил, как выгляжу со стороны. Высокая широкоплечая фигура, затянутая в кожу и кольчугу, с мечом и кинжалом на поясе и мешком за спиной. На коротко остриженную голову наброшен капюшон, из-под которого настороженно зыркают стальные глаза. Худощавое, словно вытесанное из камня, небритое лицо, пружинящая лёгкая походка бывалого путешественника. Что обо мне подумали те, кто наверняка видел через окна замка, как я опускаюсь вниз? Узнали или нет? Насколько сильно изменился покинувший кров два года назад наследник Бестужевых? Сейчас узнаю.
Взявшись за массивную бронзовую ручку двери, потянул её на себя, тут же поразившись толщине полотна, после чего переступил через порог, прикрыв дверь за собой. Я оказался в небольшом зале, с каменным полом и высоким потолком. Аркообразные узкие окна, забранные железными прутьями, впускали внутрь остатки гаснувшего дня. Кое-где по стенам были развешены масляные светильники. С центральной балки потолка на железных цепях опускалась крестообразная свечная люстра. Обстановка в целом была довольно скромной и не прихотливой. Ни дорогих картин, ни ковров, ни мягкой мебели. То ли потому что эта комната являлась по сути черным ходом, или же в силу неприхотливости в обиходе обитателей замка, то ли из-за того, что моя семья действительно испытывала финансовые трудности.
Я застыл на пороге, слегка растерявшись. Кроме меня, здесь никого не было. Меня и впрямь никто не встречал. Я словно вернулся в опустевший дом-призрак. Из зала дальше, в глубь поместья, вела еще одна дверь. Большая, двустворчатая и наглухо закрытая. Но мои чуткие уши уловили, что к ней кто-то приближается. Чьи-то лёгкие, довольно торопливые шажки по каменным плитам пола. Я поспешил сбросить с головы капюшон.
Слух меня не подвёл. Двери распахнулись и в зал буквально влетела… Юная девушка. А вовсе не Игнат, чьи шаги уж точно нельзя было бы назвать лёгкими!
Я замер, поражённый увиденным. Кто это⁈ Совсем юная, стройная как камышинка, с плавными изгибами точёной фигурки, что подчёркивало простое облегающее платье. Рассыпанные по плечам густые чёрные волосы, чувственные губы, милые, но твердые черты лица, лучистые зелёные глаза. И кого-то она мне смутно напоминала. Увидев меня, она так же замерла, приложив руки к груди. Её глаза засияли