Воин Ордена стр. 116
стой как не родной. Скоро вернётся дядя Игнат, вот обрадуется! А я пока накормлю тебя. Искупаешься, переоденешься. А потом мы будем долго разговаривать. До утра.
— А куда запропастился Игнат? — я позволил ее изящной но сильной руке схватить меня за рукав и повести за собой. Пока тут обживусь и запомню, где что…
— Ещё с утра отправился в деревню за зерном для лошадей, да и давно обещался там что-то по кузнечному делу помочь. Скоро будет, не переживай! Ой, слушай, а ведь у нас с тобой целая неделя! Не так уж и мало, если разобраться, а?
Я невольно улыбнулся и сказал:
— Если только будешь давать мне высыпаться.
Она звонко рассмеялась. И смех у неё был такой же чудесный, как и она. Так как же её зовут?
Она увлекала меня вглубь моего дома. Дома, которого я практически не помнил, и лишь часть мест здесь мне была знакома по моим снам. Кабинет отца, оружейная, мастерская дяди Игната. И… Всё. Так мало осталось от моей прошлой жизни. И так хотелось наверстать упущенное.
Я шёл за своей сестрой, проходя через коридоры и залы, озираясь по сторонам и подмечая многие детали обстановки. Да, мои первоначальные суждения оказались верными. Рассвет этого дворянского домена остался в далёком прошлом. Теперь, несмотря на размеры и планировку, родовое имение Бестужевых превратилось в довольно скромное провинциальное жилище, застывшее во времени. И что-то мне подсказывает, что и людей здесь обитает не так уж и много. Вряд ли у моей семьи нынче водилось достаточно деньжат, чтобы содержать внушительный штат прислуги. Насколько я понял, у моего прадеда отобрали практически всё: титулы, наделы, земли, а также имя и деньги. Оставили лишь семью, да этот старинный замок, ну и прилегающую поблизости деревушку для прокорма домочадцев.
Что ж, сейчас, по здравому размышлению я был вынужден признать, что тогдашний Император поступил по отношению к семье предавшего человечество аристократа более чем великодушно. Нам оставили дом. И потомство. И возможность плодиться. На благо государства, конечно, из века в век тянуть нескончаемую повинность за грехи предка.
И вот, идя за своей сестрой, вдыхая прохладный, чуть затхлый запах окружавших меня стен, прислушиваясь к каждому скрипу под ногами, когда каменные плиты сменялись дубовыми досками, смотря по сторонам и мысленно сливаясь с этим домом, я понял, что моё уже принятое решение лишь укрепилось.
Это мой дом и моя семья. У меня есть вотчина и сестра. И это значит, что есть за что сражаться. Жить и… Нет, не умереть. А победить и вернуть то, что причиталось нам по праву.
Глава 25
Дядя Игнат вернулся в поместье затемно, когда ранний вечер давным-давно упал густыми сумерками на крепостные стены, превращаясь в непроглядную жгучую ночь. Внутренние покои старинного каменного замка экономно осветились сальными свечами и масляными лампами.
Признаюсь, голова у меня шла кругом. С одной стороны всё мое существо наполнялось радостью и просыпающимся генетическим узнаванием того места, где я оказался, ощущением своего настоящего дома… С другой… Столько всего разом навалилось. И новый старый дом. И мое полное неумение в нём ориентироваться, что приходилось тщательно скрывать. И отчаянная нехватка знаний. И моя сестра, которая весело и почти безостановочно щебеча, чуть не порхала